Пещерные люди были вегетарианцами.

Пещерные люди в основном питались растительной пищей: желудями, злаками, бобовыми и водными растениями. Доктор Хадар Ахитув, ведущий автор исследования, рассказал, что это открытие подчёркивает важность растительной пищи в эволюции наших предков.

По его словам, древние гоминиды круглый год собирали разнообразные растения, которые обрабатывали с помощью инструментов из базальта. Daily Mail отмечает, что пещерных людей издавна изображали прожорливыми мясоедами.

Но в своём новом исследовании команда учёных задалась целью понять, чем на самом деле питались древние люди. Исследователи сосредоточились на базальтовых орудиях, найденных на месте древнего поселения близ Гешер-Бенот-Яакова.

Это поселение, расположенное на берегу древнего озера Хула, включает в себя более 20 слоёв поселения, окаменелые останки животных и остатки растений. В ходе анализа исследователи обнаружили на базальтовых орудиях зёрна крахмала возрастом около 780 000 лет.

К ним относятся желуди, злаковые, водяные каштаны, корневища жёлтой водяной лилии и семена бобовых, — пишут исследователи в своём исследовании, опубликованном в PNAS. По мнению экспертов, это указывает на то, что растения играли центральную роль в рационе пещерного человека.

Исследователи предполагают, что наши древние предки отдавали предпочтение этим продуктам из-за эволюции человеческого мозга. Крахмалистые клубни, орехи и корнеплоды богаты углеводами, необходимыми для удовлетворения энергетических потребностей человеческого мозга, — добавили учёные.

Исследование также подчёркивает сложные методы, которые древние люди использовали для обработки растительного сырья. Зёрна крахмала были найдены на базальтовых булавах и наковальнях — инструментах, используемых для измельчения различных растений.

Исследователи также обнаружили микроскопические остатки, такие как пыльцевые зёрна, шерсть грызунов и перья, которые, по их словам, подтверждают достоверность результатов исследования крахмала. Полученные данные помогут изменить стереотип о пещерном человеке, любящем мясо.

Наши результаты ещё раз подтверждают важность растительной пищи в нашей эволюционной истории и подчёркивают развитие сложного пищевого поведения, — добавили исследователи.

Этот метод значительно уменьшает потерю костной массы и способствует созданию более оптимальных условий для последующей имплантации. Об этом «Ленте.

ру» рассказали в пресс-службе университета. Проблема потери костной ткани после экстракции зуба является одной из основных в хирургической стоматологии.

В первые месяцы ширина альвеолярного гребня может сократиться на 30–50 процентов, что затрудняет установку имплантов и отрицательно сказывается как на функциональности, так и на эстетике лечения. В систематический обзор были включены исследования с участием пациентов в возрасте от 18 до 80 лет, в которых сравнивались различные материалы, применяемые в лунке сразу после удаления зуба.

Во всех работах применение остеопластических материалов позволило сократить костные потери по сравнению с естественным заживлением. Наилучшие результаты продемонстрировали ксеногенные материалы: они хорошо сохраняют форму и служат «каркасом» для формирования новой кости, а коллагеновые мембраны дополнительно защищают область вмешательства и поддерживают пространство для регенерации.

Авторы отмечают, что современные синтетические материалы на основе кальцийфосфатов в некоторых случаях показывают сопоставимую эффективность и могут стать альтернативой для пациентов, которые предпочитают решения без компонентов животного происхождения. Результаты исследования помогут врачам более точно выбирать тактику лечения и могут стать основой для обновления клинических рекомендаций в области хирургической стоматологии.

Ранее учёные установили связь между заболеваниями дёсен и повышенным риском инфаркта и инсульта.

В исследовании, опубликованном в JAMA Psychiatry, учёные изучили десятки ранее опубликованных работ. Наиболее устойчивую связь учёные обнаружили для посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) и нарушений сна.

У людей с ПТСР риск инфаркта оказался значительно выше, чем у тех, кто не сталкивался с этим расстройством. Повышенный риск также наблюдался при депрессии и тревожных расстройствах, хотя в этих случаях данные были менее однозначными.

Авторы исследования отмечают, что психические расстройства часто сочетаются с уже известными факторами риска сердечно-сосудистых заболеваний — повышенным давлением, диабетом, нарушениями обмена веществ. Кроме того, хронический стресс, воспаление и проблемы со сном могут дополнительно нагружать сердечно-сосудистую систему.

Исследователи подчёркивают, что речь идёт не о прямой причине, а о статистической связи. Тем не менее результаты указывают на важность комплексного подхода к здоровью, когда психическое состояние рассматривается не отдельно, а как часть общего сердечно-сосудистого риска.

Работа опубликована в журнале Nutrients. В рамках пилотного эксперимента участники в течение четырёх недель ежедневно употребляли по 600 граммов мангового пюре.

В другой период они получали плацебо с сопоставимой калорийностью. Анализы крови показали, что на фоне употребления манго снижались уровни C-реактивного белка и интерлейкина-6 — маркеров системного воспаления, а также креатинкиназы, которая отражает степень мышечного повреждения после нагрузок.

Кроме того, у спортсменов менялись отдельные показатели иммунного ответа: возрастала доля CD4 T-клеток и соотношение CD4/CD8. Это может указывать на более устойчивое состояние иммунной системы в период интенсивных тренировок.

При этом масса тела, состав тела и общее потребление энергии оставались неизменными. Авторы исследования подчёркивают, что речь идёт не о «чудо-продукте», а о потенциально полезной пищевой стратегии.

Полученные данные демонстрируют связь между употреблением манго и восстановительными процессами, однако для практических рекомендаций требуются более масштабные исследования.

Наиболее чувствительными периодами являются подростковый возраст, беременность и послеродовой этап, а также пожилой возраст. К такому заключению пришли исследователи, чья работа была опубликована в журнале Frontiers in Nutrition.

Железо имеет ключевое значение не только для транспортировки кислорода, но и для функционирования мозга: оно необходимо для синтеза серотонина и дофамина, формирования миелина и поддержания нормальной нейропластичности. Научные данные свидетельствуют о том, что у людей с нехваткой железа депрессивные симптомы проявляются гораздо чаще, причём их интенсивность часто коррелирует с уровнем ферритина.

При этом депрессия может возникать даже при отсутствии анемии, что говорит о более сложных нарушениях обмена железа в нервной системе. Особенно весомые результаты были получены в отношении подростков и женщин в перинатальный период.

У подростков низкие уровни железа связаны не только с депрессией, но и с изменениями в структурах мозга, отвечающих за эмоции и мотивацию. В период беременности и после родов дефицит железа связан с повышенным риском послеродовой депрессии, а в пожилом возрасте — с сочетанием депрессивных симптомов и ухудшения когнитивных функций.

Авторы подчёркивают, что дефицит железа не является единственной причиной депрессии, но может усиливать влияние других биологических и психосоциальных факторов. Ранее учёные установили, что избыточное потребление соли может негативно сказываться на работе мозга.