Американские учёные выяснили, что матки чёрного садового муравья практикуют каннибализм

Это явление называется «гигиенический каннибализм». Биолог Флинн Биззелл объясняет, что муравьиные королевы создают свои колонии в одиночку и зачастую голодают, чтобы вырастить первых рабочих.

Матки, производящие больше рабочих, имеют больше шансов на выживание. Поэтому возможность переработки заражённых личинок позволяет избежать растраты ресурсов.

Однако рабочие муравьи в устоявшихся колониях не проявляют такой же склонности к каннибализму. У некоторых видов муравьёв рабочие и солдаты помогают больным сородичам.

Но для чёрного садового муравья это не подходит, особенно на начальной стадии формирования колонии. В этот период королева не может вынести больных личинок из гнезда, так как они заперты вместе с потомством.

Поэтому при обнаружении патогена она быстро уничтожает всех заражённых личинок. Исследования показали, что матка может съесть до 92 процентов заражённых личинок.

Матки, поступающие таким образом, могут отложить на 55 процентов больше яиц в следующий раз. Учёные заражали по пять личинок на матку спорами грибкового патогена.

Через 24 часа личинки возвращались в гнездо, и муравьи поедали их в течение нескольких часов, оставляя в живых большинство здоровых особей. Флинн Биззелл предполагает, что муравьи защищают себя изнутри, проглатывая антимикробный яд, вырабатываемый железой на брюшке.

Однако возвращение уже заражённых мёртвых личинок оказалось опасным для матки: почти в 80 процентах случаев она погибала от инфекционного заболевания. Если матка выживала, её потомство погибало от вторичных инфекций.

Исследователи заключают, что муравьиные матки поедают своих детёнышей как адаптивную реакцию на болезни, защищая свою жизнь и жизнь своего потомства как сейчас, так и в будущем.

Исследование проводилось в течение 14 лет, и его результаты были опубликованы в журнале Aging Clinical and Experimental Research (ACER). При оценке использовались два простых показателя, которые легко применять в клинической практике: окружность талии и индекс мышечной массы.

Выяснилось, что именно их сочетание, известное как саркопеническое ожирение, представляет наибольшую опасность. У людей с таким состоянием риск смерти оказался выше на 83 % по сравнению с теми, у кого не было ни ожирения, ни дефицита мышц.

Отдельные факторы сами по себе действовали слабее. Только абдоминальное ожирение не было связано с повышенным риском смерти, в то время как снижение мышечной массы увеличивало его примерно на 40 %.

Это говорит о том, что ключевую роль играет именно комбинация этих состояний.

Связь между матерями и дочерьми, а также между отцами и сыновьями оказалась наиболее выраженной, в то время как влияния отцов на дочерей не обнаружено. Результаты были опубликованы в Health Economics (HE).

Выяснилось, что родительские модели поведения особенно сильно проявляются в два периода жизни: в 15–17 лет и затем в 28–37 лет, когда взрослые дети сами становятся родителями. Матери влияли не только на дочерей, но и на сыновей — как в подростковом возрасте, так и позже, во время перехода к родительству.

Авторы связывают это с тем, что именно в такие периоды люди особенно активно перенимают семейные нормы и образцы поведения. Исследователь отдельно сравнил биологические и небиологические пары «родитель — ребёнок».

Связь между матерями и дочерьми сохранялась даже там, где не было кровного родства. Это говорит о том, что ключевую роль играют не столько наследственность, сколько семейные установки и социальные нормы, усвоенные в детстве и юности.

Автор отмечает, что привычки, сформированные в раннем возрасте, оказываются очень устойчивыми. По его мнению, профилактика злоупотребления алкоголем должна быть особенно нацелена на подростков и молодых родителей, причём с учётом пола и семейной динамики.

В исследовании сравнивалось действие экстракта листьев перца с экстрактом шпината и обетихолевой кислотой. Результаты опубликованы в журнале Nutrients.

В течение 16 недель мыши получали высокожировой рацион, что привело к развитию ожирения, жировой болезни печени, инсулинорезистентности и нарушению кишечного барьера. Экстракт листьев перца показал наибольшую эффективность: у мышей снизилась масса тела, уменьшилось накопление жира в печени и жировой ткани, улучшилась чувствительность к инсулину, уменьшились признаки поражения печени.

По некоторым показателям экстракт листьев перца оказался эффективнее экстракта шпината и препарата сравнения. Он способствовал восстановлению кишечного барьера, снижал проникновение бактериальных токсинов в кровь, изменял состав микробиоты в благоприятную сторону и нормализовал обмен желчных кислот.

Это сопровождалось более устойчивым метаболическим профилем и уменьшением воспалительных изменений. Учёные подчёркивают, что исследование проводилось на животных, поэтому результаты не могут быть напрямую перенесены на людей.

Ранее было установлено, что хмель способствует улучшению жирового обмена в организме и снижению уровня плохого холестерина.

Такой вывод сделали авторы метаанализа, который объединил данные 17 рандомизированных исследований с участием 754 пациентов. Результаты были опубликованы в журнале Frontiers in Nutrition.

Анализ показал, что продолжительные тренировки снижают уровень печёночных ферментов АЛТ и АСТ — эти показатели часто повышаются при повреждении печени. Также у пациентов уменьшилось количество жира в печени.

Одновременно улучшились и другие метаболические показатели, связанные с болезнью: снизилась масса тела, индекс массы тела, объём висцерального жира и уровень инсулинорезистентности. Особенно заметный эффект наблюдался у программ с высокой интенсивностью, но положительные изменения отмечались и при других видах тренировок.

При этом физическая активность не оказала существенного влияния на жёсткость печени и уровень гликированного гемоглобина. Авторы предполагают, что для таких изменений может потребоваться больше времени или более масштабные исследования.

Ранее стало известно, что полный отказ от алкоголя помогает восстановить функции печени при циррозе.