Виктор Савиных: путь от космонавта до ректора.

В журнале Communications Biology (CB) опубликованы результаты исследования, в которых описаны уязвимые места так называемых «клеток-перистеров» (drug-tolerant persister cells). В ходе исследования учёные изучали опухоли с мутацией в гене KRAS, которые встречаются при раке лёгких, поджелудочной железы и кишечника.

Ингибиторы KRAS эффективно подавляют рост основной массы опухоли, но небольшая популяция клеток выживает. Оказалось, что эти клетки не пассивны: они переходят в состояние клеточного покоя, но сохраняют жизнеспособность.

Для адаптации к терапии они перестраивают свой метаболизм, становясь гиперзависимыми от глутамина как источника энергии. Кроме того, они усиливают активность лизосом — органелл, отвечающих за внутриклеточное переваривание.

Эксперимент показал, что комбинированное воздействие, которое блокирует метаболизм глутамина и ингибирует функции лизосом одновременно с приёмом KRAS-ингибиторов, значительно сокращает число этих устойчивых клеток. Авторы исследования считают, что такой подход может предотвратить рецидивы.

Ранее кардиолог Хосе Абельян обратил внимание на скрытую угрозу, с которой сталкиваются женщины после перенесённого инфаркта. По его словам, которые приводит издание Deia, у женщин риск развития депрессии в постинфарктный период почти в два раза выше, чем у мужчин.

Особенно это выражено у женщин моложе 50 лет.

Речь идёт о видах рака с мутацией в гене KRAS, часто встречающейся при раке лёгких, поджелудочной железы и кишечника. Препараты-ингибиторы KRAS могут замедлить рост опухоли, блокируя мутантный белок, однако некоторые клетки выживают.

Их называют «клетками-персистерами», устойчивыми к терапии. Исследователи из Университета Тиба выяснили, что клетки-персистеры не просто пассивно переносят действие препарата.

Они временно прекращают деление, но остаются живыми и могут возобновить рост после отмены терапии. Для выживания они перестраивают обмен веществ и становятся зависимыми от глутамина — аминокислоты, используемой клетками как источник энергии и строительный материал.

Кроме того, выжившие клетки активно используют лизосомы — внутриклеточные структуры, перерабатывающие вещества и помогающие клетке справляться со стрессом. Учёные блокировали обмен глутамина и работу лизосом на фоне терапии ингибиторами KRAS, и число устойчивых раковых клеток заметно снизилось.

Авторы считают, что такой подход может стать основой комбинированного лечения. Сначала ингибитор KRAS подавляет основную массу опухоли, а затем дополнительная терапия уничтожает выжившие клетки, которые могут вызвать рецидив.

Ранее учёные выяснили, что экстракты из отходов артишока запускают гибель клеток колоректального рака.

Свиток PHerc. 1667 стал первым полностью расшифрованным папирусом из этой коллекции.

Папирусы, к которым относится PHerc. 1667, найдены на вилле, которая, как предполагается, принадлежала тестю Юлия Цезаря.

Всего в коллекции более 400 папирусов. Для сканирования обугленного и свёрнутого свитка использовалась рентгеновская томография.

Это позволило восстановить внутренний слой свитка и виртуально развернуть его в плоскую поверхность. «Мы полностью виртуально развернули и прочитали свиток PHerc.

1667, ни разу не прикоснувшись к его страницам», — говорится в коммюнике проекта. Достижение стало возможным благодаря алгоритмам машинного обучения, которые помогли выявить едва заметные следы древних чернил.

Текст, который удалось расшифровать, представляет собой философский трактат по этике, вероятно, относящийся к стоической традиции. Он посвящён человеческой природе и нравственному развитию.

Один из расшифрованных фрагментов гласит: «Мы исследуем нечто, но не сможем постичь его, если каким-либо образом отдалимся от самих себя и собственной природы». Это открытие подчёркивает важность сохранения и изучения древних текстов для понимания философских идей прошлого.

Результаты опубликованы в журнале Nature Aging. Исследователи изучили изменения генов и белков в гиппокампе — области мозга, отвечающей за обучение и память — у мышей разного возраста.

Уровень белка FTL1 оказался единственным показателем, который стабильно отличался у молодых и пожилых животных. У старых мышей уровень FTL1 был значительно выше, что коррелировало с уменьшением количества нейронных связей и ухудшением памяти.

Чтобы проверить роль FTL1, учёные повысили его уровень у молодых мышей. Это привело к ухудшению их когнитивных функций и сокращению нейронных связей, как у пожилых особей.

Исследования на клеточном уровне показали, что избыток FTL1 изменяет структуру нейронов: вместо разветвлённых сетей формируются упрощённые отростки, что снижает эффективность передачи сигналов. Однако наиболее значимые результаты были получены при снижении уровня FTL1 у старых мышей.

Это способствовало восстановлению нейронных связей и улучшению памяти, подтвердив возможность обратимости возрастных изменений в мозге. Сол Вильеда, один из авторов исследования, подчеркнул: «Это действительно обращение нарушений, а не просто замедление старения».

Дополнительные эксперименты показали, что FTL1 влияет на метаболизм клеток мозга. При повышении его уровня нейроны менее эффективно используют энергию, но стимуляция метаболизма позволяет компенсировать негативные эффекты.

Авторы исследования считают, что воздействие на FTL1 может стать новым методом терапии возрастных когнитивных нарушений и нейродегенеративных заболеваний. Результаты, полученные на животных, открывают перспективу разработки методов, способных не только замедлять, но и частично обращать процессы старения мозга.