Айсберг движется к острову.

Океанограф Британской антарктической службы Эндрю Мейерс в разговоре с AFP отметил, что это определённо первый заметный отчётливый кусок айсберга. Айсберг весит около одного триллиона тонн — примерно в 100 миллионов раз тяжелее Эйфелевой башни — и сейчас движется на север в сторону острова Южная Георгия со скоростью около 30 миль в день (около 48 километров).

Эксперты обеспокоены тем, что, достигнув острова Южная Георгия в южной части Атлантического океана, он может убить диких животных, таких как пингвины и тюлени. Мейерс, который столкнулся с айсбергом в конце 2023 года и с тех пор отслеживал его с помощью спутников, назвал A23a «огромной стеной льда в стиле „Игры престолов“».

По словам эксперта, на каждую часть айсберга, возвышающуюся над поверхностью воды, приходится в 10 раз больше под ней. В прошлом другие мегаайсберги распадались «быстро, в течение нескольких недель», как только начинали терять большие куски.

По словам эксперта, трудно сказать, был ли это «шатающийся зуб, который только и ждал, чтобы выпасть», или это свидетельство происходящих гораздо более серьёзных изменений. Теперь эксперты будут внимательно следить за тем, распадётся ли A23a до того, как столкнётся с Южной Георгией — местом, где питаются тюлени и пингвины.

Существует вероятность, что огромный айсберг может серьёзно нарушить режим питания диких животных — например, если он окажется в районе, где обычно происходит поиск пищи. Тревогу вызывает тот факт, что айсберги, которые в прошлом «садились на мель» у берегов Южной Георгии, убивали птенцов пингвинов и детёнышей тюленей.

Если обрушение продолжится, оно будет представлять гораздо меньшую угрозу для дикой природы, поскольку животные, ищущие пропитание, смогут маневрировать между более мелкими обломками. Мейерс добавил, что траектория движения айсберга в сторону Южной Георгии вряд ли изменится только из-за потери этой части.

A23a — крупнейший сохранившийся фрагмент айсберга, отколовшегося от шельфового ледника Фильхнера в Антарктиде в августе 1986 года. Он продвинулся всего на пару сотен миль, прежде чем застрять на дне океана.

В итоге он остался неподвижным на целых 30 лет. В 2020 году A23a наконец освободился и начал двигаться на север, хотя его путешествие время от времени задерживалось силами океана, которые заставляли его вращаться на месте.

По мере продвижения на север части айсберга откалываются из-за эрозии и таяния под воздействием более тёплых вод. Подобно прибрежной эрозии суши, волны разбиваются об айсберг, создавая щели, которые постоянно увеличиваются, пока не разрушится его вершина.

В настоящее время A23a является крупнейшим айсбергом в мире, но этот титул не будет сохраняться вечно, поскольку все айсберги в конечном итоге распадаются на фрагменты. Предыдущим рекордсменом был ледник A76, который откололся от шельфового ледника в море Уэдделла в мае 2021 года, но с тех пор раскололся на части.

Этот вирус — бактериофаг, обитающий внутри бактерии Bacteroides fragilis, которая живёт в кишечнике. Результаты исследования опубликованы в журнале Communications Medicine (CM).

Бактерия Bacteroides fragilis давно связывается с раком кишечника, но она также встречается у многих здоровых людей. Учёные решили изучить не саму бактерию, а то, что находится внутри неё.

Выяснилось, что у пациентов, у которых впоследствии диагностировали рак, бактерия Bacteroides fragilis значительно чаще была заражена специфическим вирусом. Первый сигнал исследователи нашли в датских клинических данных, а затем проверили свою гипотезу на международной выборке из 877 человек из Европы, США и Азии.

У пациентов с колоректальным раком следы этих вирусов в кишечнике обнаруживались примерно в два раза чаще. При этом учёные подчёркивают, что речь идёт о статистической связи, а не о доказательстве того, что вирус вызывает развитие опухоли.

Авторы исследования считают, что если вирус действительно изменяет свойства бактерии, это может влиять на микробную экосистему кишечника и создавать условия для канцерогенеза. В перспективе такие вирусные маркеры могут использоваться для скрининга.

В предварительном анализе отдельные вирусные последовательности позволяли выявить около 40 процентов случаев рака при низкой распространённости среди здоровых людей.

В журнале Microbiome опубликованы результаты соответствующего проспективного исследования. Учёные акцентируют внимание на том, что именно нерафинированный продукт оказывает такое влияние, в отличие от очищенных версий масла.

В исследовании приняли участие 656 человек в возрасте от 55 до 75 лет, страдающих избыточным весом или ожирением и имеющих метаболический синдром. В течение двух лет учёные отслеживали их рацион, включая тип потребляемого оливкового масла, состав кишечной микробиоты и изменения когнитивных функций.

У тех участников, которые регулярно употребляли оливковое масло первого отжима, были отмечены лучшие показатели памяти и мышления, а также более высокое разнообразие кишечных бактерий, что является индикатором метаболического и кишечного здоровья. Кроме того, исследователи обнаружили связь между употреблением нерафинированного масла и присутствием в кишечнике бактерии рода Adlercreutzia.

Употребление такого масла оказалось связано с сохранением когнитивных функций. По мнению авторов, некоторые «мозговые» эффекты могут быть объяснены именно воздействием масла на микробиоту и ось «кишечник — мозг».

Ключевое различие между видами оливкового масла заключается в технологии производства. Масло первого отжима получают механическим способом, без агрессивной обработки, что позволяет сохранить полифенолы и другие биоактивные соединения.

В процессе рафинирования значительная часть этих веществ разрушается. Учёные подчёркивают, что качество жиров в рационе может иметь не меньшее значение, чем их количество, особенно в контексте старения мозга.

Ранее стало известно, что лимонная мелисса обладает выраженными нейропротекторными свойствами.

Метод заключается в измерении уровня белка p-tau217 в плазме крови. Этот белок служит индикатором накопления в мозге амилоида и тау — двух ключевых белков, связанных с болезнью Альцгеймера.

Исследователи проанализировали данные более 600 пожилых добровольцев и обнаружили, что уровень p-tau217 позволяет спрогнозировать начало симптомов с точностью примерно до трёх-четырёх лет. Выяснилось, что чем раньше в крови повышается p-tau217, тем позже обычно появляются клинические проявления.

Например, если повышенный уровень белка выявлялся в 60 лет, симптомы могли развиться примерно через 20 лет. Если же изменения фиксировались в 80 лет, признаки болезни возникали в среднем через 11 лет.

Это может свидетельствовать о том, что в более молодом возрасте мозг лучше справляется с компенсацией патологических процессов. Авторы подчёркивают, что пока такой тест в основном используется для научных исследований и клинических испытаний новых препаратов.

Однако в будущем он может помочь врачам заранее выявлять людей из группы риска и планировать профилактические меры или лечение до появления выраженных когнитивных нарушений. Ранее учёные установили, что воздействие загрязнённого воздуха увеличивает риск развития болезни Альцгеймера.

Исследование опубликовано в журнале Cell. С возрастом гематоэнцефалический барьер — система сосудов, защищающая мозг от токсинов и воспалительных молекул — становится более проницаемым.

Это усиливает воспалительные процессы и связано с ухудшением памяти и повышением риска нейродегенеративных заболеваний, в том числе болезни Альцгеймера. Ранее исследователи обнаружили, что во время физической активности печень вырабатывает фермент GPLD1, однако не понимали, как он влияет на мозг, поскольку сам не проникает через барьер.

Новая работа показала, что GPLD1 действует косвенно — через белок TNAP. С возрастом TNAP накапливается в клетках гематоэнцефалического барьера и ослабляет его.

Во время тренировок GPLD1, производимый печенью, достигает сосудов мозга и «срезает» TNAP с поверхности клеток, тем самым снижая проницаемость барьера. В экспериментах с мышами снижение уровня TNAP даже в пожилом возрасте сделало барьер менее проницаемым, уменьшило воспаление в мозге и улучшило результаты тестов на память.

Авторы исследования считают, что поиск препаратов, способных воздействовать на TNAP, может открыть новый подход к профилактике возрастных когнитивных нарушений.