РВИО обнародовало документы о планах геноцида.

Эти документы использовались для постройки кораблей, которые помогали осваивать северо-восток России и тихоокеанское побережье. Об этом рассказали в университете.

Архив с фотографиями и материалами по истории судостроения в верховьях Лены был обнаружен в посёлке Жигалово Иркутской области. Архив хранится на закрытом и распродающемся предприятии судоверфи.

Там можно найти архивные материалы проектов, включая паровые суда, начиная с 1930-х годов. «Если сейчас не предпринять усилий по их спасению, то можно потерять уникальный пласт истории северных районов Иркутской области, являющейся частью истории России», — объяснила необходимость спасения доцент кафедры истории и методики университета Лариса Салахова.

Чтобы этого не допустить, члены проекта приняли участие в экспертной оценке ряда документов на судоверфи. Затем документы были перевезены в здание муниципального архива Жигаловского муниципального округа.

На судоверфи также были найдены остатки карбазов — основных сплавных судов. Проект, по словам Салаховой, изучает плотбища, где строили сплавной флот на реке Лене, собирает сведения у местного населения по истории этих мест и ищет артефакты по истории судостроения.

Эти суда поставляли на золотоносные прииски, гарнизонам, острогам, в порты Охотска, Петропавловска-Камчатского, парусному тихоокеанскому флоту, населению Аляски (до 1868 года) и другим местам. Суда перевозили сотни тысяч пудов хлеба, выращенного верхоленскими крестьянами.

Текст плиты перевели, и выяснилось, что покойный ушёл в 7169 году, в 27-й день на память святого мученика Калистрата. Если перевести на современное летоисчисление, то это 27 сентября 1660 года — день, когда произошла битва на Басе.

«На таких надгробных плитах всегда указывали день памяти, день поминовения, то есть когда человек уходит из жизни», — отметила художник-реставратор Татьяна Наумова. Благодаря тверским краеведам стало известно, что в семье было четыре брата, трое из которых погибли в бою.

Остался только Артемий Милюков. Он перевёз тело своего брата Ивана с поля битвы и установил ему памятник.

Ранее об этой находке в Удомельском районе уже рассказывали. Предполагается, что это единственный в Тверской области (а возможно, и во всей России) памятник воину, который пал в 13-летней русско-польской войне.

Это редкие для города находки. Ременные накладки обнаружили в 2023 году на Троицком раскопе в Великом Новгороде.

Они датируются XIV–XV веками. Все накладки имеют килевидную форму и фигурные края, но изображения и следы работы мастеров различаются.

На первой — дракон с изогнутым туловищем и приподнятыми передними лапами. На второй — крылатое животное с крупным телом, закрученным змееобразным хвостом и вытянутыми вперёд передними лапами.

Существо на третьей накладке имеет длинную шею, небольшую голову, миндалевидный глаз, круглые ушки, изогнутый язык и поднятый хвост. Анализ металла показал, что все три накладки отлиты из оловянно-свинцовой бронзы с практически одинаковым химическим составом.

Содержание никеля необычно высоко для изделий новгородских литейщиков. Исследователи считают, что накладки изготовили за пределами города.

Больше всего подобных находок происходит из Среднего и Нижнего Поволжья, и они связаны с воинской культурой Золотой Орды. Возможно, именно оттуда три накладки и прибыли в средневековый Новгород.

В прошлом году в Новгороде археологам попались драконы, которым около 1000 лет. Редчайшее изделие X века было найдено на Троицком раскопе в Людином конце — древнейшем районе Великого Новгорода.

Это орнаментированный псалий, выполненный в скандинавском стиле Борре. Он использовался при езде на лошадях, запряжённых в колесницы.

Исследуемый участок имеет площадь 0,58 гектара, а культурный слой достигает 20–60 сантиметров. В ходе раскопок учёные обнаружили остатки жилых домов, гончарную керамику, останки животных, деревянный образок, а также металлические и стеклянные изделия.

Кроме того, в Актанышском районе Татарстана археологи нашли средневековое поселение XI–XII веков. Учёные обнаружили селище в 940 метрах от деревни Буаз-Куль, на левом берегу реки Белая.