Измени ПДД для СИМ

Планируется, что на все СИМ будут установлены номерные знаки, за поездку на СИМ вдвоём будут предусмотрены более строгие наказания, а также будет введён возрастной ценз — управлять такими средствами передвижения можно будет с 16 лет. На сегодняшний день сервисы кикшеринга ограничивают прокат самокатов лицам младше 18 лет.

Кроме того, все шеринговые СИМ имеют номерные знаки, что позволяет их идентифицировать. С частными СИМ ситуация сложнее, поэтому официальные данные показывают, что 65% происшествий происходят с участием владельцев самокатов, сигвеев, моноколёс и других подобных средств.

В реальности доля таких инцидентов может быть выше, поскольку частные СИМ сложнее идентифицировать, и нарушения с их стороны труднее зафиксировать. Среди ДТП со смертельным исходом 85% приходится на владельцев частных СИМ.

По мнению эксперта, наиболее эффективным решением проблем, связанных с СИМ, могло бы стать разделение потоков автомобильного транспорта, СИМ и пешеходов. Однако в настоящее время это невозможно.

Планируется, что на все СИМ будут установлены номерные знаки, за поездку на СИМ вдвоём будут предусмотрены более строгие наказания, а также будет введён возрастной ценз — управлять такими средствами передвижения можно будет с 16 лет. На сегодняшний день сервисы кикшеринга ограничивают прокат самокатов лицам младше 18 лет.

Все шеринговые СИМ имеют номерные знаки, что облегчает их идентификацию. С частными СИМ ситуация сложнее, из-за чего количество происшествий с их участием сложно точно определить.

По официальным данным, количество происшествий с участием владельцев самокатов, сигвеев, моноколёс и других подобных средств составляет 65% от общего числа. В реальности этот показатель может быть выше, так как частные СИМ сложнее идентифицировать, и нарушения с их стороны труднее зафиксировать.

Среди ДТП со смертельным исходом доля происшествий с участием владельцев частных СИМ составляет 85%. Эксперт считает, что наиболее эффективным решением проблем, связанных с СИМ, могло бы стать разделение потоков автомобильного транспорта, СИМ и пешеходов.

Однако на данный момент это невыполнимая задача.

В результате во дворы приезжают даже те автомобилисты, которые раньше предпочитали не конкурировать с соседями за места на придомовой площадке. Ведь куда деваться, если двор остаётся единственной опцией?

Но «нормальных» мест возле домов, даже советской постройки, всегда меньше, чем автомобилей у жителей. Например, в типовой 12-этажной башне 60-х годов с 72 квартирами есть площадка на 10–12 автомобилей, плюс ещё четыре-пять мест вдоль подъездов.

Это если проигнорировать «красно-полосатую» площадку, что плохо и рискованно, но многие так делают. «В этом году все наши автомобилисты как-то синхронно плюнули на приличия и начали парковаться в два ряда», — рассказала «МК» жительница одного из домов в Хорошёвском районе Оксана Мулявина.

«Если раньше считалось, что нельзя без крайней нужды «запирать» машины соседей, то теперь это совершенно стандартный способ парковки». Водители, выезжающие мало, теперь стоят в «заднем» ряду, говорит собеседница «МК».

Те, кто пользуется машиной постоянно, встают в «передний» ряд и постоянно нервничают, поскольку звонок от соседа, которому нужно выехать, может раздаться в любую минуту. «Как-то раз приезжаю, вижу свободное место около подъезда, где я никого не запираю, — рассказывает житель района Донской Алексей Жирнов.

— Начал парковаться, а сосед, который ехал за мной, просто впал в истерику: сначала сигналил, потом выскочил из машины и начал махать на меня руками». Конфликты из серии «чуть не подрались» способствуют выработке неформальных общих правил.

Собеседники «МК», живущие в тесных дворах, рассказывают, что в итоге обменялись телефонами с соседями, которые обычно стоят рядом. Это очень просто сделать: ведь номер телефона оставляют под стеклом машины, если она стоит в «рискованной» позиции.

«Как-то раз подхожу к своей машине, вижу — мне не выехать, вторым рядом встал огромный корейский «автобус», — рассказывает житель Щукино Николай. — Еле разобрал в темноте номер, звоню, мужчина говорит, что сейчас выйдет.

Пока жду и прогреваю мотор, вижу: у него колесо спущено! Чтобы времени не терять, достаю компрессор, качаю ему колесо».

Логичным развитием этой темы стали отдельные чаты автомобилистов двора. В них пишут, если нужно выехать, а соседи загородили проезд, выявляют «залетных» вопросами вроде «Кто это у нас тут на белой «ауди» прямо у подъезда встал, вот наглость какая!

». Наконец, решают общие вопросы вроде установки шлагбаума.

Обострение парковочного вопроса работает на связность автомобилистов в рамках одного двора. И это штука социально полезная.

Но запаркованные в два-три ряда автомобили не смогут быстро освободить место пожарным. И такие случаи в Москве, когда наряд огнеборцев не может преодолеть «автобаррикады» и приступить к тушению вовремя, уже сплошь и рядом.

В результате во дворы приезжают даже те автомобилисты, которые раньше предпочитали не конкурировать за места на придомовой площадке. Ведь куда деваться, если двор остаётся единственной опцией?

Но «нормальных» мест возле домов, даже советской постройки, всегда меньше, чем автомобилей у жителей. Например, в типовой 12-этажной башне 60-х годов с 72 квартирами есть площадка на 10–12 автомобилей, плюс ещё четыре-пять мест вдоль подъездов.

Это если проигнорировать «красно-полосатую» площадку, что плохо и рискованно, но многие так делают. В итоге чуть более 15 мест на 70 с лишним квартир, не считая «залётных» посетителей соседних офисов.

«В этом году все наши автомобилисты как-то синхронно плюнули на приличия и начали парковаться в два ряда», — рассказала «МК» жительница одного из домов в Хорошёвском районе Оксана Мулявина. «Если раньше считалось, что нельзя без крайней нужды «запирать» машины соседей, то теперь это совершенно стандартный способ парковки».

Жители рассказывают, что в итоге обменялись телефонами с соседями, которые обычно стоят рядом и с которыми они друг друга «подпирают». Это очень просто сделать: ведь номер телефона оставляют под стеклом машины, если она стоит в «рискованной» позиции.

«Как-то раз подхожу к своей машине, вижу — мне не выехать, вторым рядом встал огромный корейский «автобус», — рассказывает житель Щукино Николай. «Еле разобрал в темноте номер, звоню, мужчина говорит, что сейчас выйдет.

Пока жду и прогреваю мотор, вижу: у него колесо спущено! Чтобы времени не терять, достаю компрессор, качаю ему колесо.

Он так благодарил! Познакомились и даже подружились в итоге, отличный дядька оказался.

Теперь мы перекрываем друг друга уже «по соглашению». Логичным развитием этой темы стали отдельные чаты автомобилистов двора — они вырастают из домовых «болталок».

В них пишут, если нужно выехать, а соседи загородили проезд, выявляют «залётных» вопросами вроде «Кто это у нас тут на белой «ауди» прямо у подъезда встал, вот наглость какая!».

Наконец, решают общие вопросы вроде установки шлагбаума (и стыдят тех, кто слишком долго хранит «ржавые вёдра» на бесценной дворовой землице). Обострение парковочного вопроса работает на связность автомобилистов в рамках одного и того же двора.

И это, конечно, штука социально полезная. Но вот в чём беда: запаркованные в два-три ряда автомобили не смогут быстро освободить место пожарным.

И такие случаи в Москве — когда наряд огнеборцев не может преодолеть «автобаррикады» и приступить к тушению вовремя — уже сплошь и рядом.