Загадка Вертинского.
Александр Домогаров Вертинский?
Да-да, Вертинский! Пожалуй, это самое странное имя в нашей культуре.
Певец? Да, но тех, кто слышал его вживую, осталось совсем немного, а записи сохранились ужасающего качества.
Эксцентричность исполнения на фоне скрипа граммофонной игры едва ли может вызвать восторг. Поэт?
Но бесконечные гавайские гитары, пижамы и магнолии постоянно балансируют на грани пошлости и китча. Артист?
Конечно, один из длинной вереницы имён людей, в чью гениальность мы должны поверить на слово — Нежданова, Качалов, Анна Павлова… Не подумайте чего, я тоже не сомневаюсь в их величии. Просто не могу составить о них собственного мнения.
В отличие от писателей или композиторов. И о Вертинском не могу.
Пошлейшие слова «женушка-жена» вызывают оторопь, а «швырнула в священника обручальным кольцом» — сильнейшие эмоции. Как всё это мог придумать и петь один человек?