Спектакль Евгений Онегин оставляет впечатления.

В очередной раз хочется похвалить художника-сценографа Владимира Арефьева, который не перестаёт удивлять богатством своего воображения. В этом спектакле, как и в «Лесе», он снова играет с водной стихией, меняя её состояние по ходу действия.

То на сцене журчат ручьи, и по ним бегут бумажные кораблики. То из каменной стены бьют ключи, то звенит капель, то сыплет снег, то эффектно свисают сосули в человеческий рост.

Хороша сцена бала (работа хореографа Игоря Шаройко) на именинах Татьяны, затейливый танцевальный номер исполняют молодые артисты. Хорошо фольклорное пение (хотя и длинновато на мой вкус) в сцене святочных гаданий.

И, наконец, совершенно прекрасна актриса Татьяна Орлова. В «Онегине» она и в роли няни, и ещё лирический персонаж.

Ей удались интонации — ирония и самоирония, на которые так рассчитывал режиссёр Перегудов, задумывая свою постановку. Свою роль Татьяна Орлова, похоже, срежиссировала самостоятельно.

На то она и опытная актриса. Её молодым коллегам обрести себя в пушкинских героях оказалось гораздо сложнее.

Без режиссёрской настройки, без подробных разборов вообще трудно найти своё место в поэтическом театре. А коли не найдёшь, роман в стихах не пьеса, в нём диалогов мало, так свалишься в художественную декламацию.

Что в общем-то и случилось. Местами спектакль напоминал бесконечный стихотворный дивертисмент.

Одни актёры читают стихи более выразительно, другие — менее, кто-то делает длинные паузы, кто-то произносит с надрывом. Дядя самых честных правил (это такая роль; в разных составах её играют Евгений Парамонов и Анатолий Лобоцкий) сделал ставку на интерактив со зрительным залом.

Приём беспроигрышный на концерте Баскова в Кремле. Но в театре...

«Уж небо осенью дышало...» — декламирует дядя самых честных правил.

И даёт знак зрителям, мол, продолжайте. Зрители как школьники на уроке с места подхватывают: «...

уж реже солнышко блистало...» Режиссёр Егор Перегудов объяснил этот нехитрый приём желанием вступить в «диалог со зрителем, хорошо знающим первоисточник».

Но так себе диалог. Заполнение пустоты.

По ходу дела вспомнили и «мороз и солнце, день чудесный...» и ещё стихотворения Пушкина, не имеющие отношения к «Евгению Онегину».

Что делать с характерами персонажей, актёрам, похоже, никто не потрудился объяснить. И они, будто зажмурившись, выплывают на сцену, резвятся и прыгают.

Каждый выплывал, как умел. У Никиты Языкова Ленский получился обаятельным и трогательным.

К тому же натуральный блондин, хотя в романе у него «кудри чёрные до плеч». Чёрные кудри достались Онегину, которого играет Мамука Патарава.

Уж чего Мамука не предпринимал на сцене, и играл в цу-е-фа, и бил воображаемым кием по воображаемым стеклянным шарам. У Пушкина Татьяна — печальна, молчалива, как лань лесная боязлива.

В спектакле Перегудова (Татьяну играет Варвара Бочкова) — девка-огонь, едва не ходит на голове.

Участники описывают четвёртый сезон как самый звёздный, адский и сложный. В рамках «Битвы сезонов» 111 ярких и сильнейших атлетов прошлых лет (по 37 из каждого сезона) встретились под прицелами камер.

Среди них — «Сибирский Конор». Этот харизматичный спортсмен под номером 14 уже дважды участвовал в шоу «Титаны» и оба раза дошёл до финала.

«Бойтесь меня. Мне плевать, кто будет участвовать в этом шоу, я каждого из участников сожру на завтрак», — заявлял Надратовский в первом сезоне.

В социальных сетях на Константина Юрьевича обрушилась волна негативных комментариев. Однако он не из тех, кого это может сломить, наоборот, хейт для него — как батарейка, которая заряжает и даже веселит.

Общественное мнение о будущем Школы-студии выражает булгаковский афоризм: «пропал калабуховский дом». Выпускники Школы-студии, такие как Марьяна Спивак, Антон Шагин, Юлия Меньшова и другие, выразили своё несогласие с назначением Богомолова.

Они направили обращение министру культуры РФ Ольге Любимовой, заявив, что это нарушение традиции. По их мнению, ректором должен стать тот, кто был воспитан мхатовцами в стенах школы и всеми корнями связан со Школой-студией МХАТ.

Школа-студия МХАТ — это маленькая и очень семейная школа с небольшим количеством студентов — всего 300 человек. Её нельзя сравнить с огромным ГИТИСом (нынешним РАТИ), но она не является закрытой.

В ней преподавали не только выпускники, но и известные деятели театрального искусства, такие как Константин Райкин (Щукинское училище) или режиссёр Кирилл Серебренников. Ректорами Школы-студии были Табаков, Смелянский, Золотовицкий — «корневые мхатовцы».

Богомолов же не является «корневым», он пришёл со стороны и никогда не преподавал в Школе-студии. Это вызывает возмущение у выпускников, которые просят министра культуры рассмотреть кандидатуры тех, «чьи судьбы и творческий путь напрямую связаны со Школой».

Обращение справедливо, но вряд ли оно что-то изменит. Интересно, что конкретного кандидата никто не назвал.

На картине можно увидеть, как дворянские дети забавляются с крестьянскими ребятишками: кто кого толкнул, кто в глаз дал, кто игрушку отобрал. Семилетний Миша наблюдает за этими перипетиями и всё записывает.

Затем он читает свои рассказики челяди. У мужиков от этих историй на глазах выступает роса — так метко барчук подмечает зло и несправедливость в отношениях людей.

Салтыков родился в селе, которое в наши дни имеет необычное название — Спас-Угол. В то время это была Тверская губерния, а сейчас — Талдомский округ.

«Спас» — потому что храм был освящён в честь Спаса Преображения Господня. «Угол» — из-за расположения села на стыке ярославской, тверской и московской земли.

За последние несколько лет она получила четыре или пять приглашений на интервью от Ксении Собчак, но не собирается идти ни к ней, ни к кому-либо другому. По словам Татьяны Брухуновой, она не видит среди интервьюеров умных, грамотных и деликатных людей.

Евгений Петросян, как утверждает его молодая жена, выполняет все её желания. Татьяна Брухунова также заявляет, что не планирует исповедоваться на всю страну.