Анна Седокова рассказала о своей жизни.

В этом интервью она рассказала о своих детях, которые живут за границей, о проблемах в отношениях с мамой и о трагедии, связанной с бывшим мужем. Это первое интервью после гибели Яниса Тиммы, за которого артистка была замужем пять лет.

Анна подробно рассказала о своих отношениях со старшей дочерью Алиной, которой в прошлом году исполнилось 20 лет. «Я очень горжусь тем, что у меня невероятные отношения с дочерью, и мы просто и бро, и лучшие друзья.

В самые сложные моменты в жизни я ей звоню, а она мне», — сказала Седокова. Певица уточнила, что родила первую дочь в самый пик своей карьеры: «Мне было 20 лет, я вообще ничего не знала на самом деле».

Артистке пришлось делать выбор между карьерой и семьёй, но, по её словам, никто из коллег её не отговаривал.

В мемуарах Михаила Ромма описан эпизод, когда он представил свой первый фильм «Пышка», экранизацию новеллы Мопассана, Эренбургу, который считался главным экспертом по Франции в СССР. Эренбург раскритиковал фильм, сказав: «Да тут всё неверно.

И едят не так, сидят не так, моются не так. Французы не очень-то любят мыться, не станет француз-виноторговец мыться в тазу до пояса.

И вообще постарается мыться как можно реже. И всё так у вас...

» Через пару лет Ромм рассказал об этом Максиму Горькому, который заявил: «Передайте Эренбургу, что он судит о Франции по богеме. Ибо сам принадлежит к богеме.

Богема действительно нечистоплотна. Во всех странах мира.

Что же до французов, то они хорошо моются, пока ухаживают за женщинами. А ухаживают они до шестидесяти лет.

Ну, а к этому времени они привыкают, так и моются до самой смерти». Интересно, что Эренбург к началу 30-х хорошо знал Францию (только первая поездка туда длилась восемь лет), но в основном знал Париж и богему.

Эренбурга 1910-х годов описывают как юношу неряшливого: трубку вытряхивал где попало, не лечил зубы, смертельно боясь дантистов, обувь не чистил, «карманы его пиджаков и пальто оттопыривались от множества газет и бумаг. Небольшие, хрупкие на вид, красивой формы руки были обезображены пожелтевшими от табака ногтями.

Прямо портрет нигилиста из романа!» — то ли жаловалась, то ли восхищалась художница Мария «Маревна» Воробьёва-Стебельская.

Но его неопрятное окружение состояло из Пикассо, Модильяни, Шагала, Хаима Сутина, Давида Бурлюка, Диего Риверы и многих других людей, которых потом признают гениями. Кафе «Ротонда» на Монпарнасе, гулянки, вечеринки — было что вспомнить!

Маревна рассказывала про тусовки у Модильяни: «В хаосе, среди физических страданий, мы постоянно подстёгивали рассудок алкоголем и наркотиками». Однажды ночью Эренбурга на улице арестовали полицейские и отправили в Шарантон — психиатрическую лечебницу.

Его тут же отпустили, но перед этим наголо обрили. Когда на следующий день он опять появился в кругу друзей, его нельзя было узнать без вечно растрёпанных косм, в беспорядке ниспадавших на плечи: «Скажи мне честно, — умолял он, — я действительно схожу с ума или нет?»

Участники описывают четвёртый сезон как самый звёздный, адский и сложный. В рамках «Битвы сезонов» 111 ярких и сильнейших атлетов прошлых лет (по 37 из каждого сезона) встретились под прицелами камер.

Среди них — «Сибирский Конор». Этот харизматичный спортсмен под номером 14 уже дважды участвовал в шоу «Титаны» и оба раза дошёл до финала.

«Бойтесь меня. Мне плевать, кто будет участвовать в этом шоу, я каждого из участников сожру на завтрак», — заявлял Надратовский в первом сезоне.

В социальных сетях на Константина Юрьевича обрушилась волна негативных комментариев. Однако он не из тех, кого это может сломить, наоборот, хейт для него — как батарейка, которая заряжает и даже веселит.

Общественное мнение о будущем Школы-студии выражает булгаковский афоризм: «пропал калабуховский дом». Выпускники Школы-студии, такие как Марьяна Спивак, Антон Шагин, Юлия Меньшова и другие, выразили своё несогласие с назначением Богомолова.

Они направили обращение министру культуры РФ Ольге Любимовой, заявив, что это нарушение традиции. По их мнению, ректором должен стать тот, кто был воспитан мхатовцами в стенах школы и всеми корнями связан со Школой-студией МХАТ.

Школа-студия МХАТ — это маленькая и очень семейная школа с небольшим количеством студентов — всего 300 человек. Её нельзя сравнить с огромным ГИТИСом (нынешним РАТИ), но она не является закрытой.

В ней преподавали не только выпускники, но и известные деятели театрального искусства, такие как Константин Райкин (Щукинское училище) или режиссёр Кирилл Серебренников. Ректорами Школы-студии были Табаков, Смелянский, Золотовицкий — «корневые мхатовцы».

Богомолов же не является «корневым», он пришёл со стороны и никогда не преподавал в Школе-студии. Это вызывает возмущение у выпускников, которые просят министра культуры рассмотреть кандидатуры тех, «чьи судьбы и творческий путь напрямую связаны со Школой».

Обращение справедливо, но вряд ли оно что-то изменит. Интересно, что конкретного кандидата никто не назвал.

На картине можно увидеть, как дворянские дети забавляются с крестьянскими ребятишками: кто кого толкнул, кто в глаз дал, кто игрушку отобрал. Семилетний Миша наблюдает за этими перипетиями и всё записывает.

Затем он читает свои рассказики челяди. У мужиков от этих историй на глазах выступает роса — так метко барчук подмечает зло и несправедливость в отношениях людей.

Салтыков родился в селе, которое в наши дни имеет необычное название — Спас-Угол. В то время это была Тверская губерния, а сейчас — Талдомский округ.

«Спас» — потому что храм был освящён в честь Спаса Преображения Господня. «Угол» — из-за расположения села на стыке ярославской, тверской и московской земли.