Гросси предупреждает об остановке вывода ЧАЭС из эксплуатации

Это связано с тем, что любые работы в таких условиях вызывают мгновенный рост радиации. Ранее надёжная защита АЭС существовала, но сейчас её нет, и ситуация в Чернобыле может со временем ухудшиться.

Гросси подчеркнул, что работы по демонтажу и удалению радиоактивных остатков приходится замедлять или приостанавливать из-за риска повышения радиационного фона. «А любые работы, — и это очевидно, — связанные с обращением и перемещением высокоактивных материалов, приводят к немедленному росту радиационного фона», — сказал глава МАГАТЭ.

Он также отметил, что для решения проблемы Чернобыльской АЭС необходимы дополнительные анализы, мониторинг и поиск допустимых уровней работы в условиях возможного излучения.

Она рассказала, что после возвращения из чернобыльской зоны её жизнь не сильно изменилась, однако врачи рекомендовали ей отложить рождение ребёнка минимум на четыре года. «Сначала казалось, что всё обошлось, но после родов здоровье стало ухудшаться, потом я перенесла онкологию, сейчас очень сильно болят суставы ног», — поделилась она.

26 апреля «Лента.ру» выпустила спецпроект, посвящённый 40-летней годовщине катастрофы.

Редакция восстановила хронологию событий аварии, пообщалась с участниками ликвидации и изучила архивы, чтобы подробно воссоздать картину произошедшего.

Об этом в интервью «Ленте.ру» рассказала медсестра Инна Гуменюк, работавшая в Чернобыле.

«Я провела в чернобыльской зоне месяц — с 30 сентября по 30 октября. Работали в поликлинике каждый день с шести утра до полуночи, по 18 часов.

Жили там же, на месте. Никого не заботили наши удобства.

Хотя платили нам хорошо», — отметила она. По словам Гуменюк, выплаты в Чернобыле значительно превышали её заработную плату в больнице в Винницкой области.

«Если дома я получала 95 рублей в месяц, то за время работы в Чернобыле заработала 1671 рубль», — рассказала медработница. «Лента.

ру» опубликовала спецпроект, посвящённый 40-летней годовщине катастрофы. Редакция восстановила хронологию событий аварии, поговорила с участниками ликвидации и изучила архивы, чтобы подробно воссоздать картину произошедшего.

Если человек отказывался ехать в опасную зону, он оставался в расположении части, где занимался хозяйственными работами или обслуживал парогенераторные машины в бане. Дозу облучения получали и там, но минимальную, — отметил он.

По словам Мишкарева, было трагическое заблуждение у тех, кто стремился попасть в самые опасные зоны. Люди хотели быстрее получить облучение в 10 рентген, которое считалось порогом безопасного пребывания в зоне ликвидации последствий катастрофы, чтобы отправиться домой к семье.

«Лента.ру» 26 апреля опубликовала спецпроект, посвящённый 40-летней годовщине катастрофы.

Редакция восстановила хронологию событий аварии, поговорила с участниками ликвидации и изучила архивы, чтобы подробно воссоздать картину произошедшего.

«Лента.ру» взяла интервью у участника ликвидации последствий катастрофы, председателя Курганской региональной организации «Союз-Чернобыль» Сергея Мишкарева.

Он рассказал, что многие сами стремились попасть в наиболее опасные зоны. «Там можно было быстрее набирать те самые десять рентген и отправиться домой, к семье», — поделился своими воспоминаниями Мишкарев.

По его словам, на некоторых участках можно было работать лишь по две минуты в сутки, а суммарная доза облучения должна была достигать 10 рентген, что считалось порогом безопасного пребывания в зоне ликвидации последствий катастрофы. Сергей Мишкарев пояснил, что об аварии ликвидаторам было известно очень мало, из-за чего они не могли в полной мере осознать последствия.

26 апреля «Лента.ру» опубликовала спецпроект, посвящённый 40-летней годовщине катастрофы.

Редакция восстановила хронологию событий аварии, поговорила с участниками ликвидации и изучила архивы, чтобы подробно воссоздать картину произошедшего.