Выявлены проблемы со скринингом уровня холестерина у детей и подростков

Это серьёзная проблема, касающаяся детей. Хотя многие отклонения могут не сохраняться с течением времени и не требуют медикаментозного лечения, высокий уровень холестерина всё равно имеет место.

Группа Американской кардиологической ассоциации разработала рекомендации, предполагающие проверку на наличие аномалий уровня холестерина в 9–11 лет и ещё раз в 17–21 год. Детям с семейным анамнезом сердечно-сосудистых заболеваний или очень высоким уровнем холестерина рекомендуется проводить обследования с 2-летнего возраста.

Однако показатели тестирования у детей и подростков остаются крайне низкими. Согласно исследованию, лишь 11 процентов молодёжи проходят скрининг.

Более 70 процентов взрослых американцев проверяются на уровень холестерина каждые пять лет. Сара де Ферранти подчёркивает, что накапливаются доказательства, связывающие нарушения уровня холестерина в детском возрасте с сердечно-сосудистыми заболеваниями во взрослом возрасте.

Новое исследование показало, что высокий уровень холестерина у детей усиливает риск сердечно-сосудистых заболеваний впоследствии. Педиатр Эмили Грегори отмечает необходимость тестирования для выявления наследственных заболеваний, таких как семейная гиперхолестеринемия.

Это заболевание может привести к крайне высокому уровню холестерина и обнаружиться уже в 17 лет. По оценкам, наиболее распространённой формой семейной гиперхолестеринемии страдает примерно 1 из 250 человек в США, но заболевание диагностируется менее чем у 10 процентов пациентов.

Первым симптомом семейной гиперхолестеринемии может стать сердечный приступ в молодом возрасте. Де Ферранти хочет предотвратить это заболевание.

Эмили Грегори отмечает, что отсутствие широкого одобрения скрининга не означает, что тестирование считается вредным — просто недостаточно данных для выработки жёсткой рекомендации. Проблема в том, что необходимо много времени и ресурсов для организации исследований.

Специалисты советуют родителям осознавать существующие рекомендации по скринингу и обсуждать эти вопросы с врачами. Если ребёнок проходит исследование крови, это может быть важным шагом вперёд.

В большинстве случаев отклонения от нормы не означают наличие наследственного заболевания. Главное направление — это корректировка образа жизни, включая достаточный сон и здоровое питание.

Стоит обязательно обсудить вопрос важности тестирования на холестерин среди детей, чтобы помочь семьям разобраться в ситуации.

Этот вывод был опубликован в журнале Food and Function (F&F). Согласно полученным данным, совместное применение веществ оказалось более эффективным, чем использование каждого из них по отдельности.

В нормальных условиях комбинация увеличила длительность сна на 44 процента. У животных с нарушением сна, вызванным кофеином, эффект составил 32 процента, а в модели индуцированной бессонницы — 37 процентов.

При этом магний или апигенин по отдельности не показали такого выраженного действия. Учёные отмечают синергетический эффект: совместное применение усилило результат сверх ожидаемого суммарного влияния компонентов.

Анализ показал, что сочетание магния и апигенина снизило уровень провоспалительных цитокинов, в частности TNF-α, как в крови, так и в гипоталамусе — ключевой зоне мозга, которая регулирует цикл сна и бодрствования. Также наблюдалось подавление активации микроглии и сигнального пути NF-κB, связанного с нейровоспалением.

Это указывает на возможный противовоспалительный механизм улучшения сна. Авторы подчёркивают, что исследование проводилось на животных моделях, поэтому говорить о клиническом эффекте у людей пока рано.

Однако полученные данные позволяют рассматривать комбинацию магния и апигенина как потенциальную натуральную стратегию поддержки сна и как объект дальнейших клинических исследований. Ранее учёные выяснили, что употребление арахиса и грецких орехов улучшает качество сна.

Исследование опубликовано в журнале iScience. В результате у пациентов с болезнью Паркинсона были обнаружены более низкие уровни железа и меди, а также повышенные концентрации марганца и мышьяка.

Особенно устойчивым отличием стало снижение уровня железа. По словам авторов, этот показатель может быть использован для диагностики, так как волосы отражают длительные изменения в организме, в отличие от крови или слюны.

Дальнейшие эксперименты на мышах показали, что снижение железа в волосах связано с нарушениями работы кишечника. У животных с симптомами, похожими на болезнь Паркинсона, была ослаблена барьерная функция кишечника и изменена активность генов, отвечающих за усвоение железа.

Это подтверждает предположение о тесной связи между кишечником и мозгом при нейродегенеративных заболеваниях. Авторы отмечают, что исследование носит предварительный характер и требует подтверждения на более крупных выборках.

Однако, если результаты подтвердятся, в будущем для раннего выявления болезни Паркинсона может потребоваться лишь анализ пряди волос. Ранее учёные выяснили, что депрессия может быть ранним признаком развития нейродегенеративных заболеваний.

Они пришли к выводу, что замена красного мяса на белое может снижать риск развития диабета, но эффект зависит от того, сколько красного мяса человек употреблял изначально. Результаты были опубликованы в журнале Nutrients.

За время наблюдения было зарегистрировано 687 новых случаев диабета. Анализ показал, что существует U-образная связь между потреблением красного и белого мяса и риском заболевания.

Минимальный риск наблюдался при употреблении около 75 граммов красного мяса и 60 граммов белого мяса в день. При увеличении объёмов потребления риск начинал расти.

Особенно заметный эффект от замены красного мяса на белое был выявлен у людей, которые изначально потребляли не менее 75 граммов красного мяса в сутки. В этой группе замена 50 граммов красного мяса на белое (птицу или рыбу) была связана со снижением риска диабета на 34 процента.

У тех, кто ел красного мяса меньше 75 граммов в день, такой связи обнаружено не было. Авторы исследования отмечают, что полученные данные ставят под сомнение универсальные рекомендации по замене красного мяса.

Они считают, что более эффективной может быть адресная стратегия — в первую очередь для людей с высоким уровнем потребления красного мяса. При этом исследование носит наблюдательный характер и не доказывает причинно-следственную связь, но подчёркивает важность учёта индивидуальных пищевых привычек при профилактике диабета.

Этот вирус — бактериофаг, обитающий внутри бактерии Bacteroides fragilis, которая живёт в кишечнике. Результаты исследования опубликованы в журнале Communications Medicine (CM).

Бактерия Bacteroides fragilis давно связывается с раком кишечника, но она также встречается у многих здоровых людей. Учёные решили изучить не саму бактерию, а то, что находится внутри неё.

Выяснилось, что у пациентов, у которых впоследствии диагностировали рак, бактерия Bacteroides fragilis значительно чаще была заражена специфическим вирусом. Первый сигнал исследователи нашли в датских клинических данных, а затем проверили свою гипотезу на международной выборке из 877 человек из Европы, США и Азии.

У пациентов с колоректальным раком следы этих вирусов в кишечнике обнаруживались примерно в два раза чаще. При этом учёные подчёркивают, что речь идёт о статистической связи, а не о доказательстве того, что вирус вызывает развитие опухоли.

Авторы исследования считают, что если вирус действительно изменяет свойства бактерии, это может влиять на микробную экосистему кишечника и создавать условия для канцерогенеза. В перспективе такие вирусные маркеры могут использоваться для скрининга.

В предварительном анализе отдельные вирусные последовательности позволяли выявить около 40 процентов случаев рака при низкой распространённости среди здоровых людей.