В глубинах океана обнаружен батидевиус: новое открытие учёных

В исследовании, результаты которого опубликованы в журнале Neurobiology of Aging (NA), приняли участие более 1300 человек. Исследователи изучили снимки мозга взрослых разных возрастов и обнаружили, что последствия плохого сна зависят от возраста человека.

У молодых людей нарушения сна сопровождались повышенной активностью областей мозга, связанных с движением. Это может говорить о том, что организм не может полностью расслабиться перед засыпанием.

У людей старше 65 лет изменения оказались более серьёзными. У них нарушалась работа сетей мозга, отвечающих за память, внимание и мышление.

Особенно выраженной эта особенность была у женщин. У пожилых участниц с плохим сном учёные выявили аномально усиленную связь между двумя крупными нейронными сетями мозга — такой паттерн ранее наблюдали на бессимптомных, доклинических стадиях болезни Альцгеймера.

Кроме того, эти изменения были связаны с более низкими результатами тестов на память. Авторы исследования подчёркивают, что их работа не доказывает, что плохой сон вызывает нейродегенерацию.

Однако полученные данные указывают на то, что хронически плохой сон может быть важным ранним сигналом неблагополучия мозга и потенциально повышенного риска возрастного снижения когнитивных функций. Ранее учёные выяснили, что регулярное пребывание при ярком дневном свете помогает быстрее засыпать.

Фрагментированные окаменелости, которые десятилетиями пылились на полках, никто не исследовал. Дело в том, что палеонтологи традиционно предпочитают крупные черепа и кости, а мелкие фрагменты считались неважными и трудно поддающимися изучению.

Лонгрич и его команда решили исследовать забытые экспонаты в поисках взрослых особей мелких динозавров. Они наткнулись на нечто значительное — одна из маленьких костей, принадлежавшая третьей плюсневой кости стопы динозавра-теропода, оказалась пористой из-за плотной сети микроскопических кровеносных сосудов.

Эксперты считают, что это типичный признак незрелого растущего организма. Когда эту кость сравнили с другими останками той эпохи, исследователи поняли, что только один вид соответствует всем характеристикам — это была кость стопы очень маленького тираннозавра рекса.

После этого команда начала более внимательно изучать другие мелкие окаменелости костей и зубов и обнаружила, что многие из них также могут быть отнесены к детёнышам тираннозавра. Палеонтолог Эрик Снайвли отметил, что его удивило, насколько окаменелости детёнышей походили на останки крупных взрослых особей.

Кость стопы имела все черты огромного взрослого тираннозавра, просто она была меньше по сравнению с длиной, а зубы были короткими и стёртыми. Это говорит о том, что детёныши вгрызались в кости так же, как их родители, разламывающие кости трицератопсов.

Кости отличались от костей нанотираннуса — карликового тираннозавра, которого можно было бы принять за молодого тираннозавра рекса. Другие особенности исключали возможность того, что эти крошечные особи были эмбрионами.

Исследователи пришли к выводу, что основной экземпляр был около 75 сантиметров в длину и весил примерно 2,5 килограмма. При вылуплении он мог весить всего 1,7 килограмма, что намного меньше предыдущих оценок.

Тираннозавры могли достигать метра в длину уже при рождении. Исходя из новой оценки размера, команда смогла приблизительно рассчитать размер яйца, из которого вылупились детёныши.

Они оказались на удивление маленькими, учитывая огромные размеры динозавра, который их откладывал. Исследователи подсчитали, что в каждой кладке было от 20 до 30 яиц.

Тираннозавры не вкладывали значительных ресурсов в каждого отдельного детёныша, поскольку наличие множества других повышает шансы на выживание вида в целом. Лонгрич подчёркивает, что тираннозавры знаменуют собой переходный этап между рептилиями и современными птицами.

В мезозое постепенно развивались интенсивные родительские отношения, характерные для птиц и млекопитающих. Тираннозавры становились всё крупнее, а количество детёнышей сокращалось по сравнению с типичными рептилиями.

Аналогичные изменения происходили у млекопитающих, плезиозавров и даже насекомых в юрский и меловой периоды. Такая тенденция показывает глобальные эволюционные шаги к более интенсивной родительской заботе, которая формировалась на протяжении миллионов лет.

В исследовании участвовали 51 здоровый взрослый мужчина, которых разделили на две группы: 28 молодых людей со средним возрастом 24,5 года и 23 пожилых человека со средним возрастом 70,1 года. Учёные набирали только мужчин, чтобы исключить влияние физиологических и гормональных реакций, связанных с полом, на интенсивные физические нагрузки.

Каждый участник прошёл две тренировки. В одной из них они в течение 20 минут ходили или бегали по беговой дорожке с умеренной интенсивностью (60–70% от резерва сердечного ритма), а в другой — просто смотрели видео, сидя.

Порядок занятий был сбалансирован: одни участники выполняли упражнение первыми, а другие начинали с просмотра видео. После каждого занятия участники выполняли задание «цветное слово», где нужно было называть цвет чернил, а не читать напечатанное слово.

Это создаёт психологический конфликт, поскольку чтение происходит автоматически, а определение цвета требует сознательного контроля. Пожилым людям обычно требуется больше времени для такого рода задач из-за возрастного снижения скорости обработки информации.

Результаты показали, что после выполнения упражнения участники реагировали значительно быстрее, чем после просмотра видео. При этом ускорение не было достигнуто за счёт точности — они работали быстрее, не допуская больше ошибок.

Записи мозга, сделанные с помощью электроэнцефалографии, позволили понять, почему это происходит. После тренировки исследователи обнаружили снижение ранних реакций мозга, связанных с первичной обработкой визуальных данных и отслеживанием конфликтов.

Более поздние реакции свидетельствовали о более активном привлечении внимания и подготовке к ответным действиям. Исследователи отмечают, что даже одна интенсивная тренировка может быстро повысить эффективность работы нервной системы.

Это означает, что короткий период упражнений может ненадолго помочь мозгу более эффективно обрабатывать информацию, особенно при выполнении задач, требующих сосредоточенности и быстрой реакции.

В журнале Diabetes Care (DC) были опубликованы результаты анализа данных почти 480 тысяч взрослых. Учёные наблюдали за участниками на протяжении 14 лет и выяснили, что люди с саркопеническим ожирением — сочетанием ожирения и низкой мышечной массы — заболевали диабетом 2 типа более чем в 3,5 раза чаще, чем люди со здоровым составом тела.

Риск развития заболевания у людей с саркопеническим ожирением оказался на 19 процентов выше, чем у людей только с ожирением. За десять лет наблюдения диабет развился почти у 15 процентов участников с саркопеническим ожирением, в то время как среди людей только с ожирением этот показатель составил около 11 процентов, а среди участников без ожирения и потери мышечной массы — лишь 3 процента.

Особенно выраженной связь между недостатком мышечной массы и риском развития диабета оказалась у женщин и людей младше 60 лет. Авторы исследования считают, что при оценке риска диабета важно учитывать не только массу тела, но и состояние мышц.

Они подчёркивают, что регулярные силовые и другие физические нагрузки, поддерживающие мышечную массу и силу, могут стать важной частью профилактики диабета 2 типа наряду с контролем веса.