Учёные обнаружили пирен в межзвёздном облаке

Это может помочь понять, как углерод появился в Солнечной системе. Результаты исследования опубликованы в журнале Science.

Пирен — это большая углеродсодержащая молекула, которая относится к полициклическим ароматическим углеводородам (ПАУ). Если такие молекулы есть в межзвёздной среде, они могли внести свой вклад в обогащение нашей планетной системы углеродом.

Это особенно важно, учитывая, что пирен был найден на астероиде Рюгу. Молекула пирена симметрична, поэтому её сложно обнаружить с помощью радиоастрономии.

Чтобы обойти это ограничение, учёные искали изомер пирена — цианопирен. Он имеет характерный вращательный спектр, который можно зарегистрировать с помощью радиотелескопа.

Исследователи использовали радиотелескоп Грин-Бэнк (GBT) в Западной Вирджинии, чтобы найти цианопирен в облаке TMC-1. Анализ показал, что он составляет около 0,1% от общего количества углерода в облаке.

Это довольно много, учитывая, что в космосе есть тысячи других типов углеродсодержащих молекул. Обнаружение ПАУ в облаке с температурой около 10 кельвинов предполагает, что они могут формироваться при экстремально низких температурах.

Это может быть похоже на процессы, которые происходили в ранней Солнечной системе. Учёные давно обсуждают присутствие ПАУ в космосе, но раньше их можно было найти только косвенно.

Обнаружение пирена в облаке TMC-1 и метеоритах позволяет предположить, что ПАУ могли быть источником углерода для формирования планет и других тел в Солнечной системе. Теперь исследователи планируют искать более крупные молекулы ПАУ в облаке TMC-1, чтобы лучше понять, как они появились.

К такому заключению пришли авторы клинического исследования, опубликованного в журнале Food amp; Function (Famp;F). В эксперименте приняли участие 36 взрослых, часть из которых имела нормальный вес, а часть — страдала ожирением.

В течение восьми недель участники ежедневно употребляли по 200 миллилитров комбучи. До и после эксперимента у них оценивались метаболические показатели, уровень воспаления, окислительный стресс, а также активность генов в жировой ткани.

Оказалось, что у людей с ожирением употребление напитка было связано с улучшением показателя инсулинорезистентности (HOMA-IR). Учёные также зафиксировали повышение активности гена ADIPOQ, который играет роль в регуляции чувствительности к инсулину и обмене жиров.

Помимо этого, наблюдались изменения в ряде маркеров воспаления и окислительного стресса. Однако эффект комбучи был неодинаковым: метаболические и воспалительные реакции отличались у людей с ожирением и без него.

Это говорит о том, что влияние напитка может зависеть от исходного состояния организма. Авторы связывают обнаруженные эффекты с высоким содержанием полифенолов — антиоксидантных соединений, которые образуются в процессе ферментации чая.

Но исследование было небольшим и не включало контрольную группу, поэтому для окончательных выводов требуются более масштабные работы. Ранее учёные установили, что матча помогает уменьшить приступы чихания при аллергии.

У участников эксперимента, которые принимали ванну вечером, отмечался более крепкий сон, меньшее количество ночных пробуждений и реже встречались жалобы на плохой сон. Результаты работы опубликованы в журнале Sleep Health (SH).

В исследовании участвовали 2252 человека, средний возраст которых составлял почти 69 лет. Анализ показал, что у людей, принимавших ванну перед сном, наблюдалась более высокая эффективность сна и более короткий период бодрствования в ночное время.

При этом обычный душ не оказывал такого эффекта. Авторы попытались определить оптимальный режим приёма ванны.

Выяснилось, что ванна приносит больше пользы, если лежать в ней не слишком долго — менее 18 минут — и если температура воды не слишком высокая — ниже 41,7 °C. Особенно заметным эффект был в зимний период.

Лучшее время для приёма ванны — примерно за 1–2 часа до сна. По мнению учёных, после горячей ванны организм начинает активнее отдавать тепло, что помогает ему легче перейти в режим сна.

Ранее стало известно, что регулярное прослушивание музыки также способствует улучшению качества сна у пожилых людей.

Мякоть и кожура влияют через кишечную микрофлору, в то время как экстракт косточки оказывает прямое воздействие на организм. К такому заключению пришли авторы исследования, опубликованного в журнале Frontiers in Nutrition.

В рамках эксперимента мышам на протяжении 30 дней давали мякоть манго, кожуру или экстракт косточки. Результаты показали, что все три варианта были связаны с меньшим набором веса по сравнению с контрольной группой, но наиболее заметный эффект продемонстрировали кожура и экстракт косточки.

При этом мякоть и кожура значительно изменили состав кишечных бактерий и метаболический профиль, в то время как экстракт косточки почти не повлиял на метаболиты в кишечнике. Авторы исследования пришли к выводу, что мякоть и кожура способствуют улучшению обмена веществ за счёт перестройки микробиоты.

Кожура оказалась наиболее мощным «регулятором» и сильнее всего повлияла на обмен липидов и других веществ. Экстракт косточки, напротив, слабо воздействовал на кишечную среду, но был связан с изменениями в путях синтеза стероидных гормонов, что может свидетельствовать о его прямом системном действии после всасывания.

Исследователи полагают, что полученные результаты могут способствовать использованию не только мякоти, но и обычно выбрасываемых частей манго — прежде всего кожуры и косточки — для создания функциональных пищевых ингредиентов. Однако работа проводилась на мышах, поэтому потенциальную пользу для человека ещё предстоит подтвердить в клинических исследованиях.

Ранее учёные выяснили, что экстракт семян маракуйи защищает клетки сетчатки глаза от разрушения.

Работа опубликована в Clinical Journal of the American Society of Nephrology (CJASN). Авторы изучили статистику по хронической болезни почек среди людей старше 65 лет за период с 2005 по 2019 год, а также данные по терминальной стадии заболевания почек за 2010–2019 годы.

Выяснилось, что каждый дополнительный градус Цельсия среднегодовой температуры связан с ростом распространённости диагностированной хронической болезни почек на 0,23 процентного пункта. При этом количество новых случаев терминальной почечной недостаточности увеличивалось на 1,37 на 100 тысяч человек.

Риски возрастали в периоды жары. Связь становилась более выраженной при повышении температурных порогов и увеличении продолжительности волн тепла.

Особенно заметной зависимость оказалась в бедных округах, за пределами крупных городов, а также на юге и северо-западе США. Учёные подчёркивают, что почки особенно чувствительны к перегреву и обезвоживанию.

Полученные результаты показывают, что климатические факторы необходимо учитывать при профилактике болезней почек, особенно в наиболее уязвимых сообществах.