Учёные исследуют выбросы земного вещества.

По оценкам, за последний миллиард лет на Землю упало около тысячи километровых (или ещё крупнее) тел. Это происходило примерно раз в миллион лет.

Ведущий научный сотрудник лаборатории ГЕОХИ РАН, доктор физико-математических наук Сергей Ипатов поясняет: «Мы исследовали при помощи нашей математической модели все возможные движения тел, выброшенных с Земли, на протяжении сотен миллионов лет. Рассматривались различные исходные положения выбрасываемых тел, различные значения угла выброса и начальной скорости выброса.

При моделировании движения тел мы принимали во внимание гравитационное влияние Солнца и всех восьми планет». По расчётам Сергея Ипатова, за последние сотни миллионов лет с Земли могло быть выброшено несколько сотен миллиардов тонн вещества.

Это масса могла быть выброшена при ударах только двух таких тел, а их, как понимает учёный, было больше. Земное вещество чаще всего путешествует по Солнечной системе, иногда сталкиваясь с планетами, Солнцем и Луной.

Вероятность столкновения выброшенных с Земли тел с Луной на её современной орбите за весь рассмотренный интервал времени составила около 1 процента. К Венере, теоретически, могло прилететь 20–30 процентов земных камешков, а на Меркурий и Марс — 2–8 и 1–2 процентов соответственно.

В зависимости от скорости выброса тел вероятность столкновения земных камешков с Солнцем составляет около 10–50 процентов за всю эволюцию. «По нашим подсчётам, „возвращенцев“ на родную планету — 20–30 процентов, как и падающих метеоритов на Венеру.

Отдельные тела могут возвращаться даже через десятки и сотни миллионов лет», — говорит Сергей Ипатов. Геофизик из Национального центра научных исследований Франции Жером Гаттачека представил такой метеорит в 2023 году на конференции по геохимии им.

Гольдшмидта. 600-граммовый камень, найденный в Марокко, мотался по просторам Солнечной системы несколько тысяч лет.

Если этот результат подтвердят независимые источники, то он станет первым случаем обнаружения на Земле метеорита земного происхождения. При большинстве ударов скорости выброса тел с Земли, вероятно, не превышали 14 километров в секунду.

В этом случае доля тел, покидающих Солнечную систему, обычно не превышает 10 процентов. Но есть небольшая вероятность того, что иногда скорость выброса составляет 20 километров в секунду.

Если ещё в этот момент окажется, что выброс происходит по ходу движения Земли, то скорости выброса и движения Земли суммируются, и все такие тела, выброшенные с Земли, могут улететь за пределы Солнечной системы по гиперболическим орбитам. Вероятность возвращения таких тел в Солнечную систему ничтожна.

Считается, что бактерии могут путешествовать в космосе до одного миллиона лет. За первый миллион лет после выброса около 0,02 процента тел, выброшенных с Земли, достигает поверхности Марса.

К такому выводу пришли учёные из Еврейского университета в Иерусалиме после анализа данных более чем миллиона детей в возрасте от 2 до 18 лет за пятилетний период. Результаты исследования опубликованы в Journal of Clinical Sleep Medicine (JCSM).

Обструктивное апноэ сна обычно связано с храпом и дневной сонливостью, но, как показало исследование, его последствия могут быть гораздо серьёзнее. Учёные обнаружили, что у детей с апноэ не только чаще возникают респираторные инфекции, но и выше вероятность развития пневмонии как осложнения вирусной инфекции.

Авторы исследования связывают это с нарушениями в работе иммунной системы. По их словам, при апноэ может происходить дисрегуляция врождённого и адаптивного иммунитета, что делает организм более восприимчивым к вирусам и способствует более тяжёлому течению болезни.

Интересно, что удаление аденоидов и миндалин — распространённый метод лечения детского апноэ — не приводило к значимому снижению риска заражения инфекциями. Это может указывать на сохранение иммунных нарушений даже после операции.

Учёные предлагают рассматривать апноэ сна как маркер повышенного инфекционного риска. Они считают, что детям с таким диагнозом следует уделять особое внимание в рамках профилактики сезонных вирусных заболеваний, включая вакцинацию против гриппа и COVID-19.

Они изучили влияние растительных веществ на иммунные клетки и опубликовали результаты в журнале Nutrients. В лабораторных экспериментах учёные воздействовали на макрофаги — клетки иммунной системы, которые отвечают за запуск воспалительной реакции.

После стимуляции воспаления бактериальным компонентом клетки обрабатывали ментолом, 1,8-цинеолом и капсаицином — как по отдельности, так и в сочетаниях. Наиболее выраженный эффект наблюдался при совместном применении капсаицина с ментолом или эвкалиптовым соединением.

Выяснилось, что в комбинации их эффект возрастает в сотни раз по сравнению с действием каждого компонента по отдельности. Анализ показал, что вещества активируют разные внутриклеточные сигнальные пути.

Ментол и 1,8-цинеол влияют на TRP-каналы и кальциевую регуляцию, а капсаицин подавляет воспалительные процессы через иной механизм. Одновременное воздействие на несколько систем обеспечивает выраженный синергетический эффект.

Авторы работы подчёркивают, что результаты помогают объяснить пользу сочетания специй и ароматических растений в рационе. В будущем такие комбинации могут стать основой для функциональных продуктов и добавок, которые помогут контролировать хроническое воспаление.

Однако для подтверждения эффекта у человека необходимы дополнительные исследования.

К такому заключению пришли учёные, исследовавшие штамм Psychrobacter SC65A.3, который был обнаружен в ледяной пещере Скэришоара в Румынии.

В журнале Frontiers in Microbiology были опубликованы результаты исследования, которые показали, что древний микроорганизм имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Специалисты выяснили, что штамм устойчив к некоторым современным антибиотикам и содержит более ста генов, связанных с резистентностью.

В то же время он может подавлять рост определённых антибиотикоустойчивых бактерий и обладает высокой ферментативной активностью. Это открывает новые возможности для биотехнологии и создания новых антимикробных препаратов.

Исследователи отмечают, что экстремальные условия среды способствуют формированию уникальных генетических адаптаций. Именно эти механизмы могут стать основой для разработки новых лекарственных подходов.

Однако есть и обратная сторона: если такие микроорганизмы или их гены попадут в современные условия, они могут усугубить проблему антибиотикорезистентности. Авторы работы считают, что замороженные экосистемы необходимо изучать комплексно.

Они могут быть как источником генов устойчивости, так и местом, где можно найти новые соединения с медицинским потенциалом. В условиях изменения климата и таяния льдов этот вопрос становится особенно актуальным.

Учёные сосредоточились на нейронах, которые вырабатывают кортикотропин-рилизинг-гормон (CRH) и расположены в паравентрикулярном ядре гипоталамуса. Эти клетки участвуют в регуляции стрессовой реакции и работы симпатической нервной системы.

В экспериментах на крысах активация таких нейронов приводила к повышению артериального давления и усилению сигналов к стволовым центрам мозга, которые контролируют сосудистый тонус и сердечный ритм. В крови при этом увеличивались уровни норадреналина и маркеров вазопрессина — гормона, влияющего на сужение сосудов.

У животных с наследственной гипертонией активность этих нейронов была изначально выше. Когда исследователи подавляли работу нейронов или избирательно удаляли их, артериальное давление снижалось, а развитие гипертонии замедлялось.

Это сопровождалось уменьшением активности симпатической нервной системы и снижением уровня стресс-гормонов. Авторы работы делают вывод, что гиперактивность CRH-нейронов гипоталамуса может быть одним из центральных механизмов поддержания повышенного давления.

По их мнению, воздействие на этот нейронный контур может стать новым направлением терапии первичной гипертонии, однако клинические исследования ещё предстоят.