Разработана новая система подводной связи.

С появлением гидроакустических устройств под водой стали передавать аналоговый сигнал, который очень сильно подвержен помехам. Чтобы разговаривать в стандартной аналоговой системе, аквалангисту или водолазу требовалась полнолицевая маска или шлем с установленным внутри микрофоном.

Человек говорил в него так же, как он делает это на суше, и дальше звук транслировался по гидроакустическому каналу при помощи специальной антенны либо под водой другому аквалангисту, либо на сушу. Новая система, получившая название «Гидроком», имеет два основных отличия от вышеописанной.

Во-первых, микрофон крепится не внутри маски, а на шее аквалангиста. Считывается в итоге не прямое колебание воздуха, а колебание гортани по принципу ларингофона (устройства для передачи речи в условиях повышенного внешнего акустического шума), которыми пользуются лётчики и танкисты.

Принцип работы системы связи следующий: 1. Захват вибраций голосовых связок: водолаз произносит команду, горловой микрофон фиксирует колебания.

Это позволяет получить чистый звук без помех от дыхания, а также делает систему совместимой с любым видом водолазного и дайвинг-оборудования. 2.

Цифровая обработка: захваченный сигнал проходит через нейросетевые алгоритмы, которые очищают звук от шумов и искажений, а также расшифровывают команду. 3.

Отправка сигнала: информация передаётся с помощью гидроакустического цифрового модема по гидроакустическому каналу к другому водолазу или водолазной станции на поверхности. 4.

Получение и озвучка команды: на поверхности или у другого водолаза сигнал принимается и озвучивается голосовым ассистентом через подводный наушник. Идея использовать для подводников принцип ларингофона витала в воздухе давно, но инженеры не могли решить проблему плохого распознавания сигнала от гортанного микрофона в воде.

Специалисты МФТИ и Бауманки улучшили его при помощи нейронной сети. Она очищает звук и преобразует его в нормальный голос, который хорошо понятен каждому.

Кроме того, разработчики поработали и с цифровизацией обычного сигнала. «Поскольку аналоговый сигнал не устойчив, мы решили его очистить, оцифровать и сжать перед отправкой, — поясняет руководитель команды разработчиков Дмитрий Затекин.

— В таком виде он в хорошем качестве доходит до абонента, легко преодолевая любые помехи. Она обеспечивает надёжную связь на глубине до 100 метров и на расстоянии до 1 километра».

Не так давно система была протестирована профессиональным водолазом 6-го разряда, подполковником ВОСВОД (Всероссийского общества спасания на водах) Андреем Петровским. Он отметил, что цифровая система связи существенно упростит его работу, поскольку устройство позволяет одновременно общаться с 255 участниками без необходимости носить громоздкие полнолицевые маски, имеющие к тому же разные интерфейсы.

В ближайших планах разработчиков — подготовить систему к пилотному тестированию на реальной водолазной станции.

Результаты исследования опубликованы в журнале Alzheimer’s & Dementia: Diagnosis Assessment & Disease Monitoring (A&D). В эксперименте участвовали более 2100 взрослых жителей Австралии, у которых не было деменции.

Специалисты изучили их рацион и когнитивные способности. Выяснилось, что чем больше в рационе участников было ультраобработанных продуктов, тем хуже они справлялись с тестами на внимание и скорость обработки информации.

Ультраобработанные продукты — это еда, которая подверглась серьёзной промышленной обработке и содержит различные добавки, усилители вкуса, стабилизаторы и другие технологические ингредиенты. К таким продуктам относятся сладкие газированные напитки, чипсы, фастфуд и готовые блюда.

По мнению авторов исследования, увеличение доли такой еды всего на 10 процентов в день примерно соответствует одной стандартной пачке чипсов. Даже такая незначительная прибавка была связана с заметным снижением способности концентрироваться.

Исследователи подчёркивают, что вредный эффект сохранялся независимо от общего качества питания. Это говорит о том, что проблема не только в нехватке полезных продуктов, но и в глубокой переработке пищи.

Такая обработка меняет структуру продукта и может добавлять вещества, которые неблагоприятно влияют на мозг. При этом прямой связи с потерей памяти учёные не обнаружили, но внимание является важной основой для обучения, мышления и решения повседневных задач.

Результаты исследования опубликованы в журнале JAMA Network Open. В эксперименте участвовали свыше двух тысяч человек, у которых на начальном этапе не было признаков деменции.

Специалисты измерили уровень гемоглобина — белка, переносящего кислород, — и наблюдали за состоянием участников примерно девять лет. За этот период деменция проявилась у 362 человек.

Анализ показал, что риск деменции у людей с анемией был на 66 процентов выше. У них также чаще находили биомаркеры, которые связаны с болезнью Альцгеймера и повреждением нервных клеток.

Особенно высокий риск наблюдался у тех, у кого анемия сочеталась с повышенными уровнями таких белков, как p-tau217, NfL и GFAP. По словам учёных, причина может заключаться в том, что при анемии мозг получает меньше кислорода.

Это со временем может привести к повреждению клеток и ускорить нейродегенеративные процессы. Авторы подчёркивают, что анемия может быть значимым и потенциально контролируемым фактором риска.

Ранее стало известно, что антигистаминные препараты могут повысить риск развития деменции.

Его комментарий опубликован в официальном Telegram-канале холдинга. «Сегодня российские атомные реакторы исключают чернобыльский сценарий.

Наша главная задача — сохранить память о вашем героическом труде и передать её молодому поколению», — подчеркнул он. 26 апреля 2026 года исполняется 40 лет со дня взрыва на Чернобыльской АЭС — самой масштабной аварии в истории мирного атома.

Авария на Чернобыльской атомной электростанции изменила судьбы тысяч семей и превратила часть Полесья в зону отчуждения. Для ликвидации её последствий были мобилизованы около 600 тысяч человек — по масштабу это напоминало военную операцию.

«Лента.ру» опубликовала спецпроект, посвящённый 40-летней годовщине катастрофы.

Редакция восстановила хронологию событий аварии, поговорила с участниками ликвидации и изучила архивы, чтобы подробно воссоздать картину произошедшего.

Он отметил, что в основе проблемы лежат ошибки как со стороны физика, который не до конца понимал возможности активной зоны реактора, так и со стороны конструктора, который неверно спроектировал систему аварийной защиты. «Если образно и кратко, хотя всё намного сложнее, педаль тормоза совместили с педалью газа», — высказался Асмолов.

Профессор пояснил, что при разработке аварийной защиты из нижней части стержней был убран поглотитель нейтронов (карбид бора), который должен был заглушить реактор, и стержни сделали полыми. Это было сделано для того, чтобы стержни не «расходовали» без необходимости нейтроны, которые необходимы для более эффективной работы реактора, указал Асмолов.

Однако в результате, когда энергоблок работал на низкой мощности (200 мегаватт), стержни пошли вниз и вытеснили из каналов СУЗ воду, которая до этого выполняла роль замедлителя. Это ускорило цепную реакцию вместо того, чтобы её погасить.

Оператор был уверен, что нажатие кнопки АЗ-5 приведёт к заглушению установки. Однако он не знал, что наиболее опасный режим работы этого реактора — 200 мегаватт, мощность перехода воды в пар.

Именно на такой мощности в ночь на 26 апреля был проведён электротехнический эксперимент. «Если бы его начали на мощности энергоблока в 700–1000 мегаватт, ничего бы не произошло», — заключил Асмолов.