Нашли странные субстанции: что это и кто их выбросил?

Филипп Грейс сравнил её с тестом для приготовления тутонов — традиционных пончиков канадской провинции Ньюфаундленд. Грейс сообщил, что размеры субстанций могут быть разными — от обеденной тарелки до канадской двухдолларовой монеты.

Публикация вызвала обсуждения, и участники группы стали делиться своими предположениями о том, что это может быть. Среди предположений были парафин, морские губки, плесень и амбра.

Житель Патрикс-Коув Дэйв Макграт также заметил эти субстанции на пляже. Он описал их как «блины» и отметил, что, когда он перевернул одну из них, то увидел на поверхности маленькие ямочки-пузырьки.

Субстанции были губчатыми на ощупь, а внутри твёрдыми. Макграт живёт в Патрик-Коув уже 67 лет, но никогда не видел ничего подобного.

Береговая охрана подтвердила, что примерно 46 километров береговой линии «завалены этой дрянью», но никто не знает, что это такое. Это не первые неопознанные объекты, которые взволновали местных жителей.

В 2001 году они обнаружили морского монстра «Blobster» из залива Фортуна, который представлял собой рваную сочащуюся белую массу. Исследователи из Мемориального университета Ньюфаундленда пришли к выводу, что это часть разлагающегося трупа кашалота.

Новые же тестообразные куски, по всей видимости, не связаны с китами. Комментаторы в сети предполагают, что это могут быть «китовые сопли», «китовая сперма» или «китовая рвота».

Однако позже эти догадки были исключены. Дэйв Макграт склоняется к тому, что странные находки — выбросы судов, следующих на нефтеперерабатывающий завод Come By Chance, расположенный в 80 километрах к северу от бухты Патрика, и обратно.

Канадские федеральные учёные присоединились к расследованию дела, но пока не нашли зацепок. Они исключили такие версии, как нефтяной углеводород, нефтяная смазка или биотопливо.

Раскрытие истины может занять месяцы.

Соответствующие результаты были опубликованы в издании Food & Function (F&F). Учёные использовали ферментативный гидролиз и ферментацию бактериями Lactobacillus plantarum для получения пептидов из отрубей.

После проведённой обработки содержание растворимого белка увеличилось более чем в десять раз — с 6,73 процента до 74,24 процента. Кроме того, возросла доля коротких пептидов, которые отличаются более лёгким усвоением организмом.

Эксперименты с иммунными клетками RAW264.7 продемонстрировали, что такие пептиды не наносят вреда клеткам, однако значительно усиливают их активность.

К примеру, клетки начинали более активно поглощать чужеродные частицы, меняли свою форму и производили больше молекул, которые связаны с иммунным ответом. Также исследователи зафиксировали повышение уровня TNF-α, IL-6 и IL-10 — веществ, которые участвуют в регуляции воспаления и защите организма.

Учёные также отметили увеличение активности рецептора TLR4, играющего важную роль в распознавании патогенов. Это, по их мнению, свидетельствует о способности пептидов из рисовых отрубей активировать иммунные механизмы естественным образом.

Исследователи полагают, что рисовые отруби, которые зачастую рассматриваются как побочный продукт переработки риса, могут стать многообещающим источником натуральных компонентов для поддержания иммунитета и создания функционального питания.

Их выводы были опубликованы в журнале Advanced Science. Учёные обнаружили, что после инфаркта в организме значительно увеличивается уровень метилглиоксаля — токсичного побочного продукта метаболизма.

Это вещество накапливается в определённых участках мозга, отвечающих за память, эмоции и мышление, и вызывает воспалительные процессы. Исследователи подчёркивают, что после сердечного приступа риск развития депрессии и тревожных расстройств возрастает почти втрое.

Пациенты с такими нарушениями чаще сталкиваются с повторными инфарктами и имеют повышенный риск смерти. По мнению учёных, одной из причин подобных последствий может быть воспаление в мозге.

Эксперименты на мышах показали, что после инфаркта изменения происходят сразу в нескольких отделах мозга. Учёные считают, что хроническое воспаление и повреждение нервных клеток могут увеличивать риск когнитивных нарушений и деменции в будущем.

Специалисты разработали экспериментальный препарат — пептид, который может связывать метилглиоксаль и предотвращать повреждение клеток. В ближайшее время его планируют протестировать как потенциальное средство защиты мозга после инфаркта.

Ранее учёные выяснили, что внезапная остановка сердца часто связана с генетическими мутациями.

Исследователи изучили данные об оси «кость — мозг» — системе взаимодействия между скелетом и нервной системой. Они утверждают, что остеопороз и когнитивные нарушения часто возникают одновременно не просто так: их могут объединять гормональные изменения, хроническое воспаление и общие молекулярные механизмы.

Учёные подчёркивают, что нарушение баланса между образованием и разрушением костной ткани является одним из ключевых факторов. Эти процессы могут быть связаны с воспалением, повреждением сосудов, накоплением бета-амилоида и тау-белка — признаками, характерными для болезни Альцгеймера.

Особое внимание исследователи уделили костным гормонам. Например, остеокальцин может влиять на работу мозга, память и обмен веществ, а склеростин связан как с минеральной плотностью костей, так и с накоплением патологических белков в мозге.

По мнению учёных, в будущем оценка риска деменции может включать не только нейровизуализацию мозга, но и анализ состояния костей. Использование МРТ, ПЭТ, измерение плотности костной ткани и методов искусственного интеллекта может помочь выявлять людей с повышенным риском когнитивного снижения на более ранних стадиях.

Ранее стало известно, что плохой сон может быть индикатором повышенного риска болезни Альцгеймера.

Учёные изучили данные 31 участницы эксперимента. Женщинам поочерёдно предлагалось два режима питания: ранний (с 8:00 до 16:00) и поздний (с 13:00 до 21:00).

Для оценки качества сна использовались браслеты-актиграфы и опросники. Результаты показали, что ранний режим питания улучшал объективные показатели сна: повышалась его эффективность, уменьшалась фрагментация и сокращалась длительность ночных пробуждений.

При позднем режиме таких изменений не было. При этом участницы эксперимента не замечали значительных изменений в качестве сна — опросники не показали улучшений.

Учёные выяснили, что эффект раннего питания не был связан с вечерним голодом или насыщением. Авторы исследования считают, что раннее «пищевое окно» может лучше согласовываться с циркадными ритмами организма и поэтому положительно влиять на сон.