Исследуют спортивные гены.

Также существуют ДНК-тесты, в которых анализируются неспецифические гены, важные с точки зрения здоровья. Они участвуют в регуляции липидного и углеводного обмена, клеточного дыхания и других процессов.

Однако до сих пор не удалось найти универсальных генетических маркеров, которые указывали бы на выдающийся спортивный потенциал во всех популяциях. Это связано с тем, что большинство существующих исследований проводилось исключительно на европейцах с ограниченным количеством участников, а методы полногеномного генотипирования (определения всех генов) применялись на небольших выборках спортсменов.

Как сообщили «МК» в РНФ, учёные из Федерального научно-клинического центра физико-химической медицины имени Ю. М.

Лопухина ФМБА России и Казанского государственного медицинского университета в составе крупного международного коллектива проанализировали полногеномные данные 554 высококвалифицированных спринтеров различных этнических групп, включая ямайских, афроамериканских, японских, белорусских, литовских, российских, австралийских, бельгийских, греческих и польских атлетов. Более 80 спринтеров из них выигрывали медали на чемпионатах мира и Олимпийских играх или устанавливали мировые рекорды.

В качестве группы сравнения исследователи использовали данные 3090 людей, не занимающихся спортом. Примечательно, что вариант гена GALNT13 почти в три раза чаще встречается в африканских популяциях (38 %), чем у европейцев (14 %), восточных азиатов (12 %) и латиноамериканцев (12 %).

Это генетическое преимущество частично объясняет, почему атлеты западноафриканского происхождения доминируют в спринтерских дисциплинах на мировом уровне. Оказалось, что один из вариантов гена — GALNT13 — выступает ключевым маркером, определяющим спринтерские способности, то есть навык бега на короткие дистанции.

Дополнительное исследование российских учёных установило, что активность гена GALNT13 связана с количеством быстросокращающихся мышечных волокон — важнейшей физиологической характеристикой, необходимой для бега на короткие дистанции. Исследователи подчёркивают, что эта характеристика важна не только с точки зрения спортивных физиологов, но и с точки зрения обычных медиков.

Нарушение молекулярных механизмов, определяющих развитие мышечных волокон быстрого типа, связано с развитием мышечных дистрофий, нарушениями обмена веществ и потерей мышечной массы и силы у пожилых людей (саркопенией). Таким образом, знание генов, отвечающих за развитие мышечных волокон разных типов, важно при разработке методов диагностики и персонализированных подходов в лечении этих заболеваний.

По словам заведующего лабораторией молекулярной генетики человека Федерального научно-клинического центра физико-химической медицины имени Ю. М.

Лопухина ФМБА России Эдуарда Генерозова, в дальнейшем учёные планируют продолжить выявление генов, которые влияют на состав и размеры мышечных волокон человека.

Учёные проанализировали 18 клинических работ и включили в итоговый метаанализ данные 3758 человек с лишним весом и ожирением. Участники исследования проходили программы изменения образа жизни, которые включали диету, повышение физической активности и подсчёт шагов.

В начале исследований люди проходили в среднем около 7,2 тысячи шагов в день. Во время активного этапа похудения участники увеличили этот показатель до 8454 шагов и в среднем потеряли около 4 килограммов.

После завершения диеты большинство сохранило высокий уровень активности — примерно 8241 шаг в день — и удержало значительную часть результата. Средняя долгосрочная потеря веса составила около 3 килограммов.

Авторы работы подчёркивают, что увеличение количества шагов почти не влияло на скорость снижения веса во время самой диеты — главную роль на этом этапе, вероятно, играло ограничение калорий. Однако именно регулярная ходьба оказалась связана с меньшим риском повторного набора веса.

Руководитель исследования отметил, что около 80 процентов людей после похудения в течение нескольких лет снова набирают часть или весь потерянный вес. Учёные считают, что ежедневная ходьба по 8500 шагов может стать простым и доступным способом снизить этот риск.

Результаты изысканий размещены в журнале Nature Communications. В основе методики — исследование состояния гликокаликса, тонкого защитного слоя из сахаров и белков, который покрывает внутреннюю часть кровеносных сосудов.

Этот слой особенно уязвим к повреждениям и реагирует на развитие заболеваний одним из первых. Исследователи установили, что во время циркуляции крови эритроциты «обмениваются» частицами гликокаликса со стенками сосудов.

В итоге на поверхности красных кровяных клеток образуется своеобразный биохимический «отпечаток», который отражает состояние сосудистой системы. Авторы утверждают, что такие изменения можно обнаружить гораздо раньше, чем появятся традиционные симптомы болезни.

Раньше для оценки подобных повреждений применялись биопсия тканей и сложная микроскопия. Новая методика может помочь выявлять микроскопические нарушения в сосудах до развития опасных осложнений.

Учёные подчёркивают, что этот метод также может ускорить оценку эффективности лекарств, которые восстанавливают сосудистую стенку.

Такой вывод сделали авторы обзора, который опубликован в журнале Nature Metabolism. Учёные изучили данные о распространённых подсластителях — столовом сахаре и кукурузном сиропе с высоким содержанием фруктозы.

Оба содержат глюкозу и фруктозу, однако, как утверждают исследователи, именно фруктоза инициирует активное накопление жира и синтез триглицеридов. По мнению авторов, фруктоза действует не просто как источник калорий, но и как специфический метаболический сигнал.

При избытке пищи её регулярное употребление может привести к метаболическому синдрому, ожирению и жировой болезни печени. Кроме того, есть данные о потенциальной связи избытка фруктозы с деменцией и некоторыми видами рака.

Исследователи обращают внимание на то, что в организме существует собственный путь выработки фруктозы из глюкозы. Это, по их словам, усложняет влияние фруктозы на обмен веществ и требует дополнительного изучения роли сладких продуктов в развитии хронических заболеваний.

Они опубликовали результаты исследования в журнале Age and Ageing (AA). Учёные изучили данные почти 5500 человек, которые участвовали в крупном английском проекте по исследованию старения.

Исследователи сравнили людей, которые ухаживают за родственниками, с теми, у кого нет таких обязанностей, и оценили, как меняются память, скорость мышления и способность концентрироваться на протяжении многих лет. Выяснилось, что наиболее заметное ухудшение когнитивных функций было у людей, которые тратили на уход более 50 часов в неделю, жили вместе с человеком, который нуждается в помощи, или ухаживали за супругом или партнёром.

Авторы исследования подсчитали, что дополнительное снижение работы мозга у таких людей соответствовало примерно трети обычного возрастного ухудшения за год. Умеренная помощь — около 5–9 часов в неделю — наоборот, была связана с более медленным снижением когнитивных функций.

Положительный эффект особенно наблюдался у тех, кто помогал родителям или родственникам вне собственного дома. Учёные считают, что умеренная вовлечённость может поддерживать умственную активность, чувство полезности и социальные контакты, а чрезмерная нагрузка приводит к хроническому стрессу и переутомлению.