Исследователи подняли планку потепления на Земле?

Предлагалось предпринять меры, чтобы удержать потепление в пределах 1,5 градуса, начиная от доиндустриального уровня повышения температуры. Интересно, что средняя температура на планете в 2020 году была лишь на 0,75 градуса выше среднегодовых показателей 1850-1900 годов, а в 2023 году — уже на 1,31 градуса.

Однако исследователи из британских университетов Эндрю Джарвис и Пирс Форстер определили уровень потепления климата в 2023 году не на 1,31, а на 1,49 градуса по сравнению с доиндустриальным. Джарвис и Форстер утверждают, что предыдущие оценки были неточны, так как они опирались на рост температуры на Земле, начиная с 1850-1900 годов.

Они добавили к общим данным более ранние изменения климата, опираясь на исследования ледяного антарктического керна, который позволяет отследить ход роста температуры до начала XVIII века. Это позволило исследователям «поднять» температуру на Земле до 1,49 градуса в 2023 году.

Российский климатолог, ведущий научный сотрудник МГУ им. Ломоносова Алексей Елисеев, прокомментировал эту ситуацию.

Он утверждает, что индустриальный период стартует в 1750 году, когда было изобретено ткацкое производство. Елисеев считает, что британские учёные не учли важный факт: температура на Земле меняется не только из-за влияния человека, но и за счёт собственной изменчивости.

Климат способен генерировать автоколебания, и вклад таких естественных колебаний в общее потепление климата, скорее всего, был выше вклада человеческой деятельности вплоть до середины XX века. Елисеев утверждает, что для «неучтённого» периода с 1750 по 1850 годы значимых антропогенных эмиссий за счёт сжигания ископаемого топлива не было.

Содержание CO2 в атмосфере росло очень медленно, и за весь указанный период оно выросло не более чем на 10 ppm. Рост стал значимым только с первой трети XX века, и к нашему времени увеличение концентрации относительно доиндустриального периода составило около 140 ppm.

Елисеев считает выводы Джарвиса и Форстера методически неверными и странноватыми. Он утверждает, что сейчас нельзя говорить о приросте температуры почти на 1,5 градуса по сравнению с доиндустриальным периодом.

Он считает, что все приросты по определению измеряют по второй половине XIX века, и соотносить с ними более ранний период можно только в том случае, если считать, что климат был стабильным и изменения имели антропогенную природу. Елисеев утверждает, что это не так, и в начале XIX века продолжался выход из Малого ледникового периода, который не имел антропогенной природы.

Он также отмечает, что английский климатолог Каллендар увидел влияние парникового эффекта в температурном максимуме 1940-х годов, но через несколько лет температура пошла вниз, что говорило о естественной природе изменений. Елисеев удивляется, как сегодня учёные могли повторить эту ошибку, которая хорошо известна среди специалистов.

Они использовали методы машинного обучения для анализа связи между погодой и частотой сердечных приступов. Результаты опубликованы в журнале Frontiers in Cardiovascular Medicine (FCM).

Учёные изучили данные 11 527 пациентов с инфарктом, зарегистрированных в одном из кардиологических центров Пекина за 10 лет, и сопоставили их с ежедневными метеорологическими показателями. Анализ показал, что дни с большим числом инфарктов чаще были с низкой температурой, сильными суточными перепадами температуры и слабым ветром.

Кроме того, в такие дни была меньшая влажность и количество осадков. Модель машинного обучения Random Forest помогла выявить ключевые погодные факторы, связанные с повышенным риском инфаркта.

Суточный перепад температуры оказался наиболее важным параметром, который сильнее всего влиял на вероятность роста числа случаев инфаркта. Авторы работы считают, что такие модели могут помочь системам здравоохранения прогнозировать периоды повышенной нагрузки на кардиологические службы и заранее распределять медицинские ресурсы.

В будущем учёные планируют улучшить точность прогнозов, добавив к погодным данным информацию о возрасте, заболеваниях и других характеристиках пациентов.

К такому заключению пришли исследователи, изучив данные клинических испытаний. Их работа опубликована в журнале Psychiatry and Clinical Neurosciences (PCN).

Обструктивное апноэ сна — это распространённое нарушение, при котором во время сна происходит временное перекрытие дыхательных путей. Это приводит к снижению уровня кислорода и частым пробуждениям.

У многих пациентов с этим заболеванием также наблюдаются симптомы бессонницы, что известно как COMISA. Из-за риска ухудшения дыхания врачи долгое время с осторожностью назначали снотворные таким пациентам.

В новом анализе учёные сравнили 12 различных препаратов на основе данных 32 рандомизированных клинических исследований. Они оценивали влияние лекарств на структуру сна, дыхательные показатели и переносимость терапии.

В большинстве случаев препараты не приводили к заметному ухудшению ключевых показателей дыхания, включая индекс апноэ-гипопноэ. Однако исследование показало, что некоторые средства могут действовать по-разному.

Например, препарат темазепам был связан со снижением уровня кислорода во время сна. Авторы работы считают, что результаты подчёркивают необходимость индивидуального подбора терапии.

Выбор лекарства должен зависеть от конкретных симптомов бессонницы и состояния дыхательной системы пациента. Ранее учёные выяснили, что свежие фрукты, овощи и молочные продукты улучшают качество сна.

В исследовании участвовали 1747 взрослых с недавно подтверждённым COVID-19 и 277 членов их семей. Участников случайным образом распределили на две группы: одна получала высокие дозы витамина D3 в течение четырёх недель, другая — плацебо.

При этом добавка не снизила тяжесть заболевания, частоту госпитализаций или риск заражения у контактировавших людей. Однако при дополнительном анализе учёные обнаружили возможный эффект в отношении долгого COVID.

Среди участников, которые строго соблюдали режим приёма витамина D, длительные симптомы через восемь недель наблюдались у 21 процента, тогда как в группе плацебо — у 25 процентов. Авторы работы подчёркивают, что результаты не подтверждают способность витамина D предотвращать тяжёлое течение инфекции, но указывают на потенциальную роль добавки в снижении риска долгосрочных последствий COVID-19, таких как хроническая усталость, одышка и когнитивные нарушения.

Учёные отмечают, что для окончательных выводов потребуются более масштабные исследования.

Они показали, что добавка с пребиотической клетчаткой инулином помогает уменьшить боль в колене и улучшить физическую функцию у пациентов с остеоартритом коленного сустава. Результаты исследования опубликованы в журнале Nutrients.

В шестинедельном рандомизированном исследовании приняли участие 117 взрослых с остеоартритом коленного сустава. Участники были разделены на четыре группы: одна получала инулин, другая занималась цифровой физиотерапией, третья совмещала оба подхода, а четвёртая получала плацебо.

Оказалось, что ежедневный приём инулина снижал боль и чувствительность к ней, а также улучшал силу хвата — показатель общей физической функции. Инулин является пребиотиком — веществом, которое служит пищей для полезных бактерий кишечника.

Под действием этих бактерий образуются короткоцепочечные жирные кислоты, включая бутират, способный влиять на воспалительные процессы и механизмы восприятия боли. У участников, принимавших добавку, также повышался уровень гормона GLP-1, который связан с регуляцией боли и состоянием мышц.

Особенностью исследования стала высокая приверженность лечению: из группы с инулином выбыло всего 3,6% участников, тогда как в группе физиотерапии — 21%. По мнению учёных, это показывает, что простая пищевая добавка может стать удобным дополнением к существующим методам лечения артрита и открыть новые подходы к контролю хронической боли.