Исследователь проанализировал судьбы императоров
Оксфордский учёный Чжао Дун в статье для журнала Economics Letters представил результаты сравнительного анализа судеб 155 императоров двух великих империй древности.
Он выяснил, что римские правители умирали насильственной смертью почти вдвое чаще, чем их китайские современники. В период с 27 года до нашей эры по 476 год нашей эры из 97 римских императоров 60,8% погибли насильственной смертью, тогда как среди 58 императоров династий Китая этот показатель составил лишь 31%.
Разница, по мнению автора, статистически значима и сохраняется даже после учёта исторического периода и способа престолонаследия. Средний срок правления у римского императора составлял 7,5 лет, а у китайского — 11,7 лет.
Медианное значение оказалось ещё более показательным — 3 года для Рима и 6,5 лет для Китая. В период Принципата уровень насильственной смерти в Риме достигал 62,1%, тогда как в Китае при династии Хань — всего 17,6%.
Во время кризиса III века Рим пережил наиболее критический отрезок: 26 императоров за 50 лет, более 80% из которых были убиты. В Китае же в период раздробленности Вэй-Цзинь и Северной и Южной династий уровень насилия составил 36,6%, что всё ещё значительно ниже пиковых римских показателей.
Ключевым объяснением этой разницы, по мнению исследователя, стала так называемая «военная ловушка» — институциональная особенность Рима, где армии сформировали корпоративную идентичность и убеждение в своём праве выбирать и свергать императоров. Среди римских императоров, пришедших к власти путём военного одобрения или узурпации, 75,7% погибли насильственной смертью, тогда как среди наследников, назначенцев или соправителей этот показатель снижался до 51,7%.
Более того, 62,7% всех насильственных смертей римских императоров были вызваны военными конфликтами — восстаниями, гражданскими войнами или сражениями. В отличие от Рима, в имперском Китае за пять столетий лишь семь императоров пришли к власти через «военное восхождение», и все они были основателями династий, при этом ни один из них не погиб от военных причин.
Государственные перевороты в Китае, как правило, принимали форму дворцовых заговоров, организованных регентами, семьями императорских наложниц или евнухами, которые использовали войска как инструменты интриг, а не как автономную политическую силу. Автор признаёт ограничения исследования, подчёркивая, что строгая причинно-следственная связь не может быть установлена из-за отсутствия экзогенных изменений в военной политике.
Он также предупреждает о возможном влиянии неучтённых факторов и призывает к дальнейшему уточнению категорий смертей. Тем не менее главный вывод остаётся устойчивым: разница в уровне насильственной смертности настолько велика, что вряд ли может быть объяснена случайностью.