Как атомные часы стали эталоном времени и что их может заменить в будущем?

Об этом ранее этим летом сообщило турецкое государственное информационное агентство Anadolu (AA). Амулет датируется IV–V веками нашей эры — периодом становления христианства.

Внутри его медного корпуса находится тонкий золотой лист толщиной 0,1 миллиметра, на котором, «скорее всего», был написан отрывок из Библии, сообщает AA. Какой именно библейский отрывок на нём изображён, пока неясно.

Соруководитель раскопок Микеле Рюзгар Масса рассказал AA, что подобные амулеты «встречаются нечасто». «Насколько нам известно, один похожий амулет был найден в Германии», — отмечает Масса, добавив, что амулет, скорее всего, принадлежал маленькому ребёнку.

«Другими словами, это можно считать оберегом от сглаза», — сказал он. Археологи также нашли более древние артефакты, в том числе каменную печать с иероглифической лувийской надписью.

Лувийцы — древний народ, населявший часть Анатолии в бронзовом и железном веках, поясняет Fox News. Печать датируется примерно 1500–1400 годами до нашей эры.

Заместитель руководителя раскопок Хусейн Эрпехливан рассказал в интервью AA, что это место «занимает важное место в анатолийской археологии». «Конья расположена в самом центре Анатолии, в регионе, где пересекаются различные культуры, — сказал он.

— Тюркмен-Кара-Хёюк — это не просто раскопки, посвящённые какому-то одному периоду». Эрпехливан добавил: «Мы исследуем многослойное поселение, существовавшее с позднеэллинистического периода до железного и бронзового веков и даже более ранних эпох».

Ранее этим летом археологи обнаружили редкую мраморную статую возрастом 2500 лет на руинах Сард, древнего города, упомянутого в Откровении Иоанна Богослова. Примерно в то же время в Смирне, археологическом памятнике на территории современного турецкого города Измир, была найдена древняя мозаика.

По словам представителей министерства, затонувшее судно находилось на глубине от 40 до 44 метров, а его груз состоял из сотен торговых амфор с заострённым дном. Предварительные подсчёты показывают, что количество амфор составляет от 600 до 650 штук.

На сделанных под водой фотографиях видны древние артефакты, покрытые морскими наростами и разбросанные по морскому дну. Амфоры, или керамические сосуды для хранения, широко использовались в Древнем мире для транспортировки различных товаров — от вина и оливкового масла до зерна и других продуктов питания.

Власти пока не раскрывают, что могло находиться в амфорах, датируемых концом V — началом IV века до нашей эры. Археологи выделили три различных типа амфор: Менде, Пепарет и Солоха 2.

Также были обнаружены часть свинцового якорного каната и несколько камней, которые могли использоваться в качестве балласта для стабилизации судна. По словам представителей властей, это открытие расширяет наши знания о торговле и мореплавании в позднеантичный период.

В заявлении греческого министерства культуры говорится: «В ходе осмотра была поднята по одной амфоре каждого типа для отбора проб и изучения. Ожидается, что дальнейшее изучение находки позволит получить дополнительную информацию как о грузе корабля, так и о его происхождении».

В Средиземном море, которое на протяжении тысячелетий было перекрёстком морских торговых путей, находится бесчисленное множество затонувших кораблей и археологических памятников. Ранее этим летом власти объявили об обнаружении золотых украшений на затонувшем у берегов хорватского острова Млет корабле возрастом около 1300 лет.

А прошлым летом власти сообщили об обнаружении сотен хорошо сохранившихся керамических изделий на затонувшем у берегов Турции корабле возрастом около 2000 лет.

Затем учёные проследили активность мозга участников на трёх этапах: обучения, пятиминутного отдыха и теста на узнавание. Оказалось, что молодые люди правильно воспроизводили пары в 36 процентах случаев, а пожилые — лишь в 20 процентах.

При этом частота забывчивости была одинаковой в обеих группах, а характер ошибок сильно отличался. Молодые участники с высокой степенью сходства паттернов гиппокампа на этапе обучения и тестирования демонстрировали лучшую точность.

У пожилых людей аналогичное сходство предсказывало не улучшение, а увеличение ошибок уровня категорий. Например, они выбирали сцену вместо объекта, когда правильным ответом был предмет.

Это говорит о том, что их мозг воспроизводил не конкретную деталь, а обобщённое смысловое поле. Нейронный профиль среднего возраста (50–60 лет) оказался не просто промежуточным между молодым и пожилым, а демонстрировал собственную динамику.

Корреляция между паттернами и памятью была незначительной, что указывает на переходный этап, когда мозг уже начал перестраиваться, но ещё не завершил этот сдвиг. Исследователи проверили гипотезу о том, что изменения связаны с физическим уменьшением гиппокампа, но учёт объёма этой структуры не изменил результатов.

Значит, дело не в размере, а в функциональной организации — как именно мозг кодирует, консолидирует и извлекает информацию. Макдоноу отмечает, что их работа впервые позволила проследить непрерывный процесс от заучивания до воспроизведения у людей одного возраста.

Хотя они объяснили лишь около 30 процентов возрастного снижения точности, это открывает путь к разработке методов нейрофидбэка и нейростимуляции, которые могли бы помочь пожилым людям сознательно регулировать активность гиппокампа и возвращать способность к детализированному запоминанию.

Вместо этого они получили реальные тексты участников и применили компьютерный анализ для оценки токсичности, психолингвистических маркеров, эмоций и моральных основ. Когда исследователи сопоставили эти объективные показатели с опросниками по «Тёмной тетраде», выяснилось, что люди с высокими баллами по шкале успешной психопатии чаще заявляли о своём участии в троллинге и публикации нецивилизованного контента.

Однако эта связь исчезала при анализе их реальных комментариев. Оказалось, что сообщения людей с высокими баллами по «Тёмной тетраде» не были более ядовитыми или содержательными с точки зрения деструктивных языковых паттернов, чем у тех, кто набирал низкие баллы.

Исследователи предполагают, что причина может крыться в том, что такие люди либо преувеличивают свою агрессивность в самооценках, либо ведут себя по-разному в зависимости от контекста. Единственным надёжным предсказателем реальной ядовитости оказалось не личность, а то, как участники описывали собственное онлайн-поведение.

Те, кто признавался в частых токсичных высказываниях, действительно оставляли более агрессивные комментарии. Это открытие бросает вызов популярному в психологии нарративу о том, что «троллями рождаются», и смещает фокус на ситуационные факторы и культурные нормы сообществ.

Авторы признают ограничения выборки и платформы, но подчёркивают, что их результаты требуют более богатого, контекстно-зависимого подхода к изучению связи между характером и поведением в сети. Они предупреждают, что упрощённые представления о том, что «психопаты заполонили интернет», нуждаются в серьёзной корректировке.