Американцы перенесли посадку лунохода VIPER на Луну

Таким образом, в XXI веке успешными посадками на Луну можно считать только три миссии Китая (в 2013, 2019 и 2020 годах), а также две миссии Индии и Японии (в 2023 и 2024 годах). Следующий беспилотный старт к Луне американцы планировали на ноябрь 2024 года с помощью лунохода VIPER, который должен был предварить пилотируемую миссию на Луну по программе «Артемида».

Однако из-за увеличения расходов старт VIPER перенесли на сентябрь 2025 года. Как и предыдущий аппарат, VIPER нацелен на район Южного полюса Луны, а точнее, на край Бассейна Южный полюс-Эйткен — крупнейшего кратера Солнечной системы размером 2400 на 2050 километров и глубиной до 8 километров.

С Земли виден только край этого гигантского кратера, где отчётливо видны горные массивы с широкими плато. Автор работы из ГЕОХИ, научный сотрудник лаборатории сравнительной планетологии Александр Красильников, рассказал, что американцы выбрали 13 точек возможной посадки аппарата во время подготовки миссии «Артемида, и все они находятся на краю (или в районе) Бассейна Южный полюс-Эйткен.

Наиболее выгодное место для поиска летучих элементов — 11-й «квадрат», массив Монс Мутон. Учёный ответил на вопрос о том, чем интересен этот массив: «Кроме того, что Южный полюс Луны интересен наличием водного льда в вечно затенённых кратерах, массив Монс Мутон, расположенный на западе от кратера Нобиле, является древнейшим массивом Бассейна Южный полюс-Эйткен.

Этот бассейн — самый большой, и он смог «извлечь» на поверхность после столкновения с Луной крупный астероида наиболее глубинный и древний материал. Доставка этого вещества на Землю — одна из важнейших целей исследований в этом регионе».

Mons Mouton — самая высокая гора Луны высотой 6 километров, где есть затенённые «ловушки» для водяного льда и области повышенной солнечной освещённости. Аппарат VIPER планировали посадить севернее, в районе 70-го градуса южной широты, гораздо дальше от полюса, чем планируют посадить свой аппарат американцы.

Одна из основных задач VIPER — найти водяной лёд. За 100 суток аппарат исследует примерно 93 квадратных километра поверхности, изучая грунт тремя приборами: буром, способным проникать на глубину до метра, нейтронным спектрометром для обнаружения подповерхностного водорода и водяного льда и инфракрасным спектрометром для анализа минерального и пылевого состава.

Аппарат планируется посадить на вершине горы, представленной широким и ровным плато, чтобы избежать проблем с посадкой и передвижением лунохода. Полученная VIPER информация поможет в будущем выбрать место для посадки пилотируемого аппарата по программе «Артемида».

Они помогают поддерживать защитный барьер мозга. В экспериментах на лабораторных животных было обнаружено, что хронический социальный стресс ослабляет гематоэнцефалический барьер — систему, которая защищает мозг от проникновения воспалительных молекул из крови.

У стрессированных мышей снижался уровень белка клаудин-5, который «скрепляет» клетки барьера, что сопровождалось тревожным и депрессивным поведением. Животные, которые регулярно двигались или находились в обогащённой среде с укрытиями и игрушками, почти не испытывали этих нарушений.

Ключевую роль в защитном эффекте сыграл белок Fgf2. Его уровень повышался у мышей, занимавшихся физической активностью или живших в стимулирующей среде, и делал их более устойчивыми к стрессу.

Когда учёные искусственно увеличивали выработку Fgf2, животные легче переносили стресс и сохраняли социальную активность. При снижении уровня белка эффект упражнений почти исчезал.

Авторы также обнаружили, что Fgf2 можно выявить в крови, и его концентрация у людей растёт вместе с тяжестью депрессии. Это делает белок потенциальным биомаркером психических расстройств.

По мнению исследователей, работа не только объясняет пользу движения и благоприятной среды для психического здоровья, но и открывает новые возможности для ранней диагностики и профилактики депрессии.

Результаты этого обзора были опубликованы в журнале Alzheimer’s & Dementia (A&D). Учёные изучили данные 58 исследований с участием людей и обнаружили, что у пациентов с лёгкими когнитивными нарушениями и болезнью Альцгеймера состав кишечных бактерий отличается от микробиома здоровых пожилых людей.

Эти различия меняются по мере прогрессирования заболевания, формируя своего рода «микробные подписи» разных стадий когнитивного снижения. В частности, у людей с болезнью Альцгеймера чаще выявляли повышенное содержание определённых групп бактерий и сниженное микробное разнообразие.

Функциональная активность микробиоты также менялась: ослабевали пути, связанные с энергетическим обменом и регуляцией иммунных процессов. Эти сдвиги могут быть связаны с усилением воспаления и повреждением нервных клеток в мозге.

Авторы подчёркивают, что речь пока идёт о корреляции, а не о прямой причине болезни. Однако результаты поддерживают гипотезу о важной роли оси «кишечник — иммунная система — мозг» в нейродегенеративных процессах.

Исследователи считают, что в будущем целенаправленное воздействие на микробиом может стать одним из направлений профилактики и замедления когнитивного снижения. Ранее учёные выяснили, что резкое повышение уровня сахара в крови после еды может быть связано с риском развития болезни Альцгеймера.

В исследованиях приняли участие более 520 тысяч человек из общей популяции, данные о которых были взяты из 15 научных работ. У более чем 55 тысяч участников были зафиксированы депрессивные симптомы.

Анализ показал, что у тех, кто часто пьёт газировку и другие сладкие напитки, признаки депрессии встречаются чаще, чем у тех, кто употребляет их редко или избегает. При самом высоком уровне потребления безалкогольных напитков риск депрессивных проявлений был примерно на 39 процентов выше, чем при самом низком.

Связь между употреблением сладких напитков и депрессивными симптомами сохранялась как в поперечных исследованиях, так и в долгосрочных наблюдениях. Особенно выраженный эффект отмечался для напитков с добавленным сахаром, включая сладкую газировку.

Авторы подчёркивают, что работа не доказывает прямую причинно-следственную связь, однако указывает на устойчивую и воспроизводимую ассоциацию. Они считают, что ограничение потребления сладких напитков может стать одной из доступных мер профилактики депрессивных состояний и снижения нагрузки на психическое здоровье населения.

Результаты их работы были опубликованы в журнале NeuroImage. Они доказали, что примерно 40–50 минут дневного сна достаточно для снижения «перегруженности» нейронных связей, которая накапливается в течение активного дня.

Во время бодрствования связи между нервными клетками постепенно усиливаются, что важно для обучения, но со временем это приводит к насыщению и снижению способности воспринимать новую информацию. Сон запускает процесс «синаптической очистки», освобождая ресурсы мозга.

В эксперименте участвовали 20 здоровых молодых людей, которые в разные дни либо спали днём, либо бодрствовали. С помощью электроэнцефалографии и транскраниальной магнитной стимуляции исследователи оценивали гибкость и готовность нейронных сетей к обучению.

После дневного сна мозг участников демонстрировал более низкий общий уровень активности связей, но при этом более высокую способность формировать новые. Это указывает на восстановительный эффект дневного сна.

Авторы исследования отмечают, что полученные данные объясняют, почему после короткого дневного сна людям часто легче сосредоточиться и учиться. Такой эффект может быть особенно полезен при высокой умственной нагрузке — в учёбе, работе, спорте или профессиях, где важны внимание и точность.

Исследователи подчёркивают, что речь идёт именно о коротком сне, а не о замене полноценного ночного отдыха.